Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности»




НазваниеЛекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности»
страница4/10
Дата публикации05.06.2013
Размер1.52 Mb.
ТипЛекция
vbibl.ru > Психология > Лекция
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
^

Лекция 4. Судить по совести или по закону?


— Почему «или», уважаемый профессор? Надо и по закону, и по совести, т. е. по внутреннему убеж­дению!

— Прекрасная мысль! Когда Ваши убеждения, уважаемый судья, совпадают с законом, то и нет ни­каких проблем, тогда союз «или» естественно заме­няется на союз «и». Но, к сожалению, так бывает не всегда. Послушаем Ваших коллег судей...

1. «Это было в прошлом году, но и до сих пор я чувствую неудовлетворенность вынесенным мною приговором. Нет, все было сделано в соответствии с законом: и квалификация, и мера наказания. Приго­вор был законным, но с моей точки зрения— не-

' Участником автомобильной аварии, в которой погиб гу­бернатор М. Евдокимов.

справедливым. Посудите сами: молодой парень, первый раз в жизни...» и далее последовал подробный пассказ о деле, о приговоре, да и не рассказ даже, а исповедь (благо психолог рассматривался почти как священник), закончившаяся словами: «...горький осадок по сей день».

реальная ситуация? «Вполне», — отвечали нам большинство судей, с которыми потом, на занятиях обсуждалась подобная проблема нравственности и закона.

2. «Знаете, на днях областной суд отменил мой приговор, указав, что мною были нарушены... (нор­мы). Для меня это не было неожиданностью. Более того, я сознательно допускала это, полагая, что спра­ведливость важнее закона. А случай был таков, что если решать по закону, то это будет несправедливое решение, а если по совести, по справедливости — придется отступить от закона. Что я и сделала.

В результате — отмена. Обидно, конечно, но есть и удовлетворение: я все-таки поступила справедливо...»

И тоже — реальная ситуация, с которой каждый судья-практик сталкивался хотя бы однажды.

Итак, практика свидетельствует: вполне возмож­ны ситуации, когда имеет место конфликт (внутрен­ний конфликт) между собственным убеждением судьи и законом. Тогда-то и возникает проблема, вынесен­ная в заголовок лекции: чему отдать предпочтение — совести или закону1? Ответу на этот вопрос и будет по­священа данная лекция. Но прежде давайте все-таки проанализируем эти ситуации и их элементы.

«Совесть» — это наш собственный цензор, кото­рый сличает наше поведение с нашей же системой Ценностей. А эта система есть не что иное, как «внутреннее убеждение» или, как говорили раньше (и было даже записано в У ПК), «социалистическое

' А о том, что подобная проблема не просто существует, Но и встречается часто, — об этом говорили многие судьи, имеющие достаточный опыт работы.

правосознание»*. Значит, «поступить по совести» — действовать в соответствии с собственной системой ценностей («это — хорошо»; «это — плохо»); «муча­ет совесть» — когда совершен поступок вопреки соб­ственной системе ценностей («я так сделал, хотя считаю, что так поступать нельзя»).

На сегодняшней лекции мы будем рассматривать только ту часть системы ценностей судьи, систему его позиций, которая имеет отношение к оценке деяний человека («я убежден: это — преступное деяние»; «я убежден: эти действия не следует считать преступны­ми, хотя закон предписывает иное») или к оценке ме­ры наказания за такое-то деяние («я убежден: за это преступление надо бы высшую меру!»; «я убежден: за такое преступление не следует наказывать так строго, как требует закон»). Иначе говоря, мы будем рассмат­ривать только один аспект совести судьи — относя­щийся к правосудию (аспект правосознания).

Допустим, у судьи возник такой внутренний кон­фликт — между тем, что записано в законе, и тем, что «записано» в его совести, т. е. тем, что составляет его убеждение. И прежде всего вопрос: этот конфликт — он объективный или субъективный? Ведь если он объективный, то следует одно «лечение» этого кон­фликта, а если субъективный — «лечить», устранять этот конфликт надо, вероятно, совсем иначе.

Если убеждения судьи (убеждения, вступившие в конфликт с законом) соответствуют неким приня­тым большинством данного общества категориям морали (такие «категории» обозначают «нормами морали» или «нормами нравственности»), то этот внутренний конфликт следует считать объективным, а личность судьи в этом случае выступает лишь как «поле», на котором произошло столкновение между нормой права и нормой морали.

1 Сегодня первое слово из этого термина исчезло, но суть осталась, есть такое явление, как «правосознание».

Если убеждения судьи (убеждения, вступившие в конфликт с законом) не соответствуют общеприня­тым нормам морали, то этот внутренний конфликт следует считать субъективным, а личность такого судьи - уже не «поле», на котором столкнулись две нормы общества, а «источник» этого конфликта. По­ясню на примере. В обществе принята заповедь «не укради» как нравственная норма (а не только норма права), а некий человек — может быть даже и судья — полагает, что иногда допустимо и украсть. И вот на скамье подсудимых оказался «укравший», но судья убежден: это была та ситуация, когда до­пустимо было украсть. Это убеждение судьи расхо­дится с «убеждением» общества, эта нравственная характеристика судьи не соответствует нравственной норме общества. Следовательно, этот конфликт не между нормой права и нормой морали, а между нор­мой права и субъективной нравственной нормой дан­ного судьи. Это — субъективный конфликт.

В этой лекции мы не будем рассматривать кон­фликты, когда «убеждения» судьи расходятся с «убе­ждениями» общества, но сосредоточим внимание на тех ситуациях, когда нравственная норма, принятая в данном обществе и принятая судьей, расходится с некой нормой права. И тогда — проблема: поступить по закону или поступить в соответствии с этой, при­нятой многими в обществе, нравственной нормой? Рассмотрим последствия каждого из возможных двух вариантов разрешения этого противоречия.

1. Судья действует по норме закона (по букве за­кона). Следовательно (в данной ситуации) — вопре­ки своему внутреннему убеждению. В результате:

внутренний конфликт, дискомфорт, состояние «пло­хо» (как следствие самонаказания: «я неправильно поступил, ибо не по совести»),

2. Судья действует по норме морали. Следовательно (в данной ситуации) — вопреки букве закона. В результате (с большой вероятностью): отмена приговора вышестоящей инстанцией. Следствие: конфликт, состояние дискомфорта, состояние «плохо» (как результат пусть моральной, но «санкции-нака­зания» типа: «я — плохой судья, я плохо знаю за­кон, я — плохой юрист» — кому же приятно?!).

Таким образом, какое бы решение не принял судья в ситуации внутреннего конфликта между его убеж­дениями (а точнее — общепринятой моральной нор­мой, которая является моральной нормой и для дан­ного судьи) и законом, все равно будет «плохо» (в пер­вом случае: «плохо, что я поступил не по совести», во втором: «плохо, что меня будут из-за этого считать плохим специалистом»). А поскольку решать-то надо (можно, правда, и не решать — уволиться, но это -— особый разговор), то возникает вопрос: какое из этих двух «плохо» хуже, или: какое из этих двух зол мень­ше — «поступить по закону вопреки норме морали» или «поступить по совести, но не по закону»?

Многочисленные консультационные беседы с судьями, оказавшимися в подобном конфликте (ини­циатива такой беседы судьи с психологом всегда принадлежала судье), показали: для многих из них разрешение подобной коллизии (идти по первому ва­рианту или по второму) каждый раз мучительно.

Таким образом, состоянию «плохо» (как следствие любого решения) предшествует еще более тяжелое состояние — процесс выбора из двух зол. Правда, не­которые судьи уже сделали для себя этот выбор, что называется, раз и навсегда — буду действовать по первому (или по второму) варианту. Но для многих из оказавшихся в подобных ситуациях так и нет окончательного решения. «Помогите принять реше­ние!» — таков лейтмотив большинства обращений этих судей к психологу.

И тогда психолог говорит: решить эту задачу (раз и навсегда!) можно, обратившись к аксиологии — науке о ценностях.

Сравним два варианта решений с позиций ценно­стей: что для Вас более ценно: мнение о Вас выше­стоящих инстанций (оно может быть плохим при втором варианте) или «мнение» о Вас Вашей совести /дно может быть плохим при первом варианте)? Психолог не будет осуждать ни тот, ни другой вариант ответа, ибо его задача — не судить, а помочь решить.

Давайте предположим, что Вы очень чувствительны к санкциям начальства и мнению окружающих. (Есть такие люди, такие они по жизни — и тут, практически, ничего не изменить.) Тогда примите вариант № 1 — судите по букве закона.

Но Вы говорите, что чувствительность к собствен­ной совести у Вас выше, чем чувствительность к «наказанию» извне?! Тогда примите вариант .№ 2 — не будучи «буквоедом», судите по Вашей совести.

— Но ведь это же прямое нарушение закона, а значит, если судья будет так постоянно поступать, его просто уволят с работы и всё тут!

— Во-первых, уважаемый мой оппонент, скорее всего не уволят, ибо подобные ситуации (вариант № 2) хотя и встречаются в практике судей, но не ка­ждый день, а если еще учесть что такая ситуация возникла у судьи с высокой чувствительностью к го­лосу собственной совести (как у академика А. Д. Са­харова'), что тоже бывает не часто, то скорее ограни­чатся отменой приговора с указанием на...

А во-вторых... Да, это нарушение закона — су­дить по нормам морали, противоречащим нормам юридическим. И это тоже может иметь плохие по­следствия, можно оказаться «в ссылке в Горьком», осознавая при этом, что потом-то тебе будут аплоди­ровать, а сейчас...

' Сахаров Андрей Дмитриевич (1921—1989), физик-теоретик, академик АН СССР, создатель водородной бомбы, один из лидеров правозащитного движения в СССР в 70-е годы. Выступал против существовавших недемократических законов, противоречащих нравственным нормам, за что и был на­казан (ссылкой в Горький). В 1975 году ему присуждена Но­белевская премия мира; в 1989 году был избран народным де­путатом СССР.

И в том и в другом случае в результате будет «плохо», но, приняв решение, Вы избавитесь от того состояния «плохо», которое предшествовало раньше принятию решения. «Моя совесть важнее всего! Не поступлюсь принципами своей совести! Не наступлю на горло собственной песне!» Или: «Dura lex, sed lex» — «Закон суров, но это — закон»! Отступив от буквы, можно затем отступить и от сути закона. И то верно, и другое тоже верно! А посему спросите себя: слушай, что для тебя будет больнее — укоры собственной совести или укоры «начальства»'? Ре­шите это для себя однажды и навсегда! И Вы избави­тесь от мучительных терзаний, ибо «объективной правды» здесь нет и быть не может. Взяв на воору­жение аксиологию, ответьте: что лично для Вас цен­нее? Так и решайте. И не будет метаний, не будет «раздвоения личности». И всего-то — один раз себе сказать: «будет так» и тогда — dixi et animammeam levavi сказал, и на душе стало легче.

И Вы навсегда избавитесь от одной категории конфликтов — внутреннего конфликта.

И когда спустя какое-то время (через год, два, три) Вы вновь встретитесь с ситуацией: данная норма противоречит системе ценностей общества2 и Вашей собственной, Вы будете знать, какое решение при­нять. Ибо в соответствии с законом судья, принимая решение, должен руководствоваться не только бук­вой закона, но и собственным правосознанием, кото­рое интерпретируется как субъективное отношение человека (судьи) к праву, законности, правосудию.

Но помимо такового существуют еще, к сожале­нию, и «внешние» конфликты, вызываемые внешни­ми агентами. И вот о том, как их нейтрализовать — в следующей лекции.

) Понятно, почему в кавычках (хотя отменяющие Ваш приговор — почти как начальники).

2 А его голосом в этом случае уже может стать Обществен­ная палата, для того и созданная.
^ Лекция 5. Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно?

Цель данной лекции — помочь судьям вырабо­тать оптимальную стратегию и тактику при возник­новении конфликтных ситуаций в ходе судебного за­седания, а будущим судьям — избежать ошибок при возникновении конфликтов.

Здесь будут рассматриваться проблемы профес­сиональной коммуникации судьи с участниками процесса (в основном — процесса по уголовному де­ду); описываться и анализироваться ряд типичных ошибок судьи при попытке разрешения конфликт­ных ситуаций; аргументироваться положение о же­лательности (необходимости) одних конфликтов — так называемых объективных конфликтов, и неже­лательности других — «субъективных» — конфлик­тов; обсуждаться вопросы тактики профессиональ­ной коммуникации судьи при тех или иных кон­фликтных ситуациях.

Для повышения эффективности судебной практи­ки существуют различные формы совершенствова­ния профессиональной деятельности судьи. Это и изучение новых законодательных актов, их интер­претация, методы применения на практике. Это и способы преодоления различных трудностей, из-за которых снижается эффективность труда судьи.

К числу таких трудностей относятся и большая нагрузка на судью, и все еще иногда бытующее дав­ление извне на принятие решения, и все еще — не­смотря на реформирование — плохая материально-техническая база судьи.

В преодолении этих трудностей психолог либо не может помочь, либо его помощь может быть незна­чительной. Но есть трудности, в преодолении кото­рых может оказать помощь только специалист по психологии людей. К числу таких трудностей, сни­жающих эффективность деятельности судьи, относятся конфликты, возникающие в ходе судебного разбирательства.

Этой проблеме и ее разрешению будет посвящена данная лекция. Необходимость в ней объясняется также и тем, что, оказываясь свидетелем или участником конфликта, судьи, как показывает опыт, не всегда владеют ситуацией, не всегда принимают решения, адекватные конфликтной ситуации. А в результате... либо происходит усиление конфликта, ли­бо судья испытывает стрессовое состояние с неблаго­приятными для здоровья последствиями, либо появляются комплексы в виде неуверенности в себе и т. п. Уберечь судью от таких последствий, помочь адекватно реагировать в конфликтах — вот одна из целей данной лекции.

Разберем конфликты, возникающие в ходе судеб­ного разбирательства, на модели рассмотрения уго­ловного дела. Но, чтобы говорить на одном языке, прежде всего необходимо отметить, как понимается термин «конфликт».

.Под конфликтом понимается ситуация, вызван­ная столкновением каких-либо антагонистических тенденций (действий, позиций, взглядов, установок и т. п.). Именно в таком контексте и будем рассматри­вать конфликты, возникающие в судебном заседании.

Какими бывают конфликты? Иначе говоря, какова типология конфликтов, какова их классификация?

Классифицировать конфликты можно по разным Основаниям.

С точки зрения анализа субъектов конфликта он может быть как между людьми, так и между про­дуктами их деятельности. Например, антагонистиче­ские позиции двух разных норм: одна норма требует одних действий, другая в это же время — противо­положных. Подобная конфликтная ситуация возни­кает обычно из-за несовершенства законодательства. Или же антагонистические тенденции между нормой и объективной ситуацией, сложившейся к данному моменту в обществе (например, между приватизацией и собственности со всеми ее последствиями и пред­принимательством, что характерно было для самого начала возникновения рыночных отношений в нашей стране).

Очевидно, что разрешение конфликтов, которые в той или иной мере затрагивают судебную практику, не является прерогативой психологической науки, поэтому анализ конфликтов типа «норма—норма» выходит за пределы нашего интереса.

Для психологического анализа более актуальны­ми являются конфликты, в которых хотя бы один субъект — человек, личность.

К такой группе относятся конфликты типа «чело­век—норма». Примером подобного рода конфликтов является преступление, когда действия человека и требования закона вступают в антагонистическое противоречие.

Отсюда важный вывод: в основе любого уголовно­го процесса уже лежит конфликт типа «человек—-норма (закон)». Следовательно, разбирательство по любому уголовному делу обязательно базируется на конфликте. Поскольку этот конфликт возник до на­чала судебного заседания, то предотвратить его в хо­де судебного разбирательства не представляется воз­можным. Предотвращение конфликтов «человек— закон» — есть результат профилактической деятель­ности (по предупреждению преступности).

Больший интерес в контексте данного занятия представляют конфликты типа «человек—человек» (или «участник процесса—участник процесса»). Именно об этих конфликтах чаще всего идет речь, когда говорят о конфликтных ситуациях в ходе су­дебного заседания.

И здесь возникает весьма важный вопрос о стратегии поведения судьи (по сути — руководителя су­дебного заседания): должен ли судья всеми мерами препятствовать возникновению конфликтов типа "человек—человек» в зале судебного заседания, гасить эти конфликты; или же занимать нейтральную позицию, быть отстраненным от конфликта; или acg усиливать конфликт, возникший в зале между участ­никами процесса?

Ответ на вопрос о выборе стратегии поведения ле­жит в дальнейшей классификации конфликтов типа «человек—человек».

С точки зрения объективизации эти конфликты делятся на объективные и субъективные.

Рассмотрим конфликты «человек—человек», ко­торые носят объективный характер.

Что значит: конфликт вызван объективными об­стоятельствами? Это значит: возникновение кон­фликта не зависит от желания или нежелания его 'участников, не зависит от особенностей их личности (характера, темперамента, интеллекта и т. п.). Этот конфликт не может не возникнуть в ходе судебного заседания. Более того, он запрограммирован самой процедурой судебного разбирательства. Каковы же эти конфликты?

На рис. 2 представлены участники судебного раз­бирательства и возможные объективные конфликты между ними.

Прежде всего таким объективным конфликтом является столкновение антагонистических тенден­ций между обвинением и защитой, между прокуро­ром и адвокатом (на рис. 2 связь № 1). У одного из участников тенденция доказать виновность подсуди­мого, выявить отягощающие вину обстоятельства, у другого — доказать обратное либо выявить смягчаю­щие вину обстоятельства.

В сути этого конфликта — один из принципов су­допроизводства: состязательность сторон. Этот кон­фликт объективен, он не может не быть, если, ко­нечно, судебное разбирательство соответствует прин­ципам демократического судопроизводства.

Какой должна быть позиция судьи в этом кон­фликте? Должен ли судья стараться предупредить или погасить этот конфликт; или же быть индиффе-

Рис. 2. Конфликты между участниками судебного заседания: ^ 1 — председательствующий судья; 2 — судьи;

3 — подсудимый; 4 — адвокат; 5 — прокурор;

6 — потерпевший; 7 — свидетель со стороны защиты;

8 — свидетель со стороны обвинения

рентным в этой ситуации; или же он должен способ­ствовать этому конфликту?

Если исходить из того, что состязание (а любой вид состязательности — это конфликт, ибо каждый стремится добиться своей победы и проигрыша про­тивоположной стороны) — это основополагающий принцип достижения истины в судопроизводстве, то, очевидно, судья должен всячески способствовать возникновению такого объективного конфликта между прокурором и защитником.

А какова же практика? Практика, к сожалению, не всегда соответствует этому идеалу. И не только по­тому, что некоторые уголовные дела (дела частного обвинения) рассматривались без прокурора, и тогда адвокату приходилось «состязаться» с документом (обвинительным заключением). К сожалению, сложившаяся в нашей стране за годы советской власти практика ведения судьей судебного процесса не толь­ко не способствует конфликту между защитой и обвинением, но и нередко препятствует этому. На практи­ке судебное разбирательство — это не столько состязание сторон, сколько выяснение судом (судьей) тех аспектов дела, которые должны были бы проявиться в ходе противоборства сторон, а судья, судьи лишь фиксировали бы и оценивали их доводы. На практике судья нередко в ходе судебного следствия сам допра­шивает и сам добывает информацию вместо того, что­бы стимулировать эти стороны к противоборству, к активному высказыванию своих позиций, к их защи­те, к опровержению позиций противной стороны в хо­де всего судебного заседания, а не только на одном его этапе — прениях сторон. Но и сами эти прения в соот­ветствии со статьями УПК ограничены одним выступ­лением и только одной репликой (если не открылись новые обстоятельства). Таким образом, законодатель, вероятно, в угоду экономии времени (есть ли другое объяснение?) наложил жесткие ограничения на дис­куссию как на проявление антагонистических тен­денций, как на проявление состязательности.

К сказанному следует добавить, что из этих двух сторон (прокурор и адвокат) большую активность в реализации принципа состязательности проявляет защита. Отчего же прокурор, как правило, не стре­мится к активной защите своей позиции, к объек­тивному конфликту с адвокатом? Не из-за уверенно­сти ли, что его позиция в 99,9% будет принята — по его мнению — судьей? Да, но не только из-за этого. Прокуроры, участвующие в заседаниях, привыкли, что судья все брал на себя: и следствие, и выявление фактов, и их анализ, оценку. Хотя по идее одна из основных функций судьи (кроме оценки) — подтал­кивать стороны к противоборству, всемерно способ­ствовать объективному конфликту между прокурором и адвокатом и только затем анализировать полученную информацию и оценивать ее.

Итак, конфликт «прокурор—адвокат» — кон­фликт объективный, следовательно, он должен быть, следовательно, его необходимо поддерживать, а при необходимости — усиливать.

Но этот конфликт не единственный среди объек­тивных конфликтов между участниками судебного процесса. К числу таких конфликтов, которые не могут не возникнуть, относятся конфликты между:

.№ 2 — прокурором и подсудимым (комментарии здесь излишни);

№ 3 — прокурором и свидетелем со стороны за­щиты, ибо позиция одного из них — прокурора —. представить факты совершения подсудимым проти­воправных действий, а позиция свидетеля со сторо­ны защиты — представить известные ему факты, свидетельствующие об обратном;

№ 4 — адвокатом и потерпевшим: первый из них настроен на представление фактов, оправдывающих подсудимого, второй представляет факты, свидетель­ствующие об обратном. Возникающая в этом случае дискуссия носит конфликтный характер, каждый пытается утвердить свои позиции;

№ 5 — адвокатом и свидетелем со стороны обви­нения. Этот объективный конфликт аналогичен кон­фликту № 4;

№ 6 — подсудимым и потерпевшим. Их антагони­стические тенденции очевидны, объективны, и для установления истины необходимо стимулировать эти стороны к проявлению своих противоположных тен­денций.

Поскольку не в каждом судебном процессе участ­вуют свидетели со стороны обвинения или защиты, т0 в ходе судебного заседания должно быть как минимум четыре объективных конфликта.

Сделаем промежуточные выводы.

1. В судебном процессе, если он осуществляется в соответствии с принципами судопроизводства, не могут не быть конфликты между участниками процесса. По своему происхождению такие конфликты носят объективный характер.

2. Выше был приведен список участников судебного заседания, которые могут быть вовлечены процедурой судебного заседания в конфликт.

Отсюда важное следствие: ни в одной из объек­тивных конфликтных ситуаций судья не представ. лен, потому что нет объективных обстоятельств которые обусловливали бы участие судьи в кон­фликте с кем-либо из участников процесса.

И, тем не менее, судья нередко оказывается участ­ником конфликта. Но поскольку ни в одном из объ­ективных конфликтов судья не представлен, то мож­но утверждать: если судья и может быть участником конфликта, то только субъективного.

Что же такое «субъективный конфликт»?

Причиной столкновения субъективных антагони­стических тенденций являются не внешние обстоя­тельства, а личностные особенности участников кон­фликта — невыдержанность, невоспитанность, нега­тивная установка на представителей определенных социальных или профессиональных групп.

Содержательной стороной субъективных кон­фликтов является либо неуважительное высказыва­ние в адрес участника разбирательства, либо вступле­ние в пререкание с кем-либо, в том числе и с судьей, На этом — последнем моменте — следует остановить­ся особо.

Прежде всего следует отличать субъективный конфликт типа «человек—человек» от конфликта «человек—закон». Например, прерывая высказыва­ние адвоката, прокурор создает конфликт, который оценивается как субъективный конфликт типа «че­ловек—человек» (неуважение к коллеге) и как кон­фликт «человек—закон», ибо любые высказываний разрешаются только судьей (через обращение к судье). Но и в том и в другом случае судья должен гасить подобного рода конфликты, опираясь либо и яйкции (что бывает чаще всего), либо на знание психологических особенностей лиц определенных социальных или профессиональных групп.

Итак, при возникновении конфликта между участ­никами процесса судье следует прежде всего выяснить, является ли возникший конфликт объектив­ным п0 своему содержанию или же в нем в явной форме присутствует личностный компонент (непри­язненное отношение одного участника к другому).

Ниже в качестве примера для дифференциации объективных и субъективных конфликтов приводят­ся два ответных высказывания адвоката на ходатай­ство прокурора.

1. «Должен заметить, что в этом ходатайстве про­курора явно отсутствует фактический мотив для из­менения меры пресечения. Ходатайство не содержит очевидных доказательств, что если мой подзащит­ный останется на свободе, то он... Поэтому я не со­гласен с позицией прокурора об изменении меры пресечения».

2. «Должен заметить, что, требуя изменить меру пресечения, прокурор проявляет явный субъекти­визм, он не пожелал даже вникнуть в суть сложив­шейся ситуации. Ему абсолютно безразлично, что на руках у моего подзащитного двое маленьких детей. Это не что иное, как проявление бездушия! А те опасности, о которых пытался говорить прокурор, извините, взяты с потолка, просто придуманы, если учитывать личность подзащитного. А прокурор, опять же в силу своего бездушия, не учел это важное обстоятельство».

Итак, два конфликта между прокурором и адвока­том. Но если первый конфликт — в чистом виде объ­ективный конфликт, то во втором случае высказыва­ния адвоката в определенной мере направлены про-fHB личностных качеств прокурора. И это уже в определенной мере субъективный конфликт. Если после высказываний адвоката (при том и другом ва­рианте) прокурор попросит слово, то в первом случае такое желание следует поощрять (совсем не исключено, что прокурор сейчас приведет действенные аргументы в защиту позиции о взятии подсудимого под стражу), а во втором случае от прокурора следует. ожидать и ответного выпада (в личностном плане). В этом случае, предоставляя вновь слово прокурору судье, для профилактики дальнейшего развития субъективного конфликта, следует прокомментировать выступление адвоката в том духе, что необходимо обсуждать не личность прокурора, а его ходатай­ство, а обращаясь к прокурору, просить его «с учетом только что сказанного, говорить по существу хода­тайства» и тем самым предотвратить начинающуюся перепалку, т. е. субъективный конфликт.

Следовательно, для выработки тактики, адекват­ной ситуации, судья, сталкиваясь с очередным кон­фликтом, должен каждый раз решать: объективный конфликт или субъективный, а если в высказывании есть и то и другое, то четко отделять зерна от плевел, т. е. поощрять одну часть высказывания, стимулиро­вать к этому, и осуждать (пресекать) другую часть.

Ибо не все конфликты, возникающие в ходе су­дебного заседания, нежелательны. Как мы теперь знаем, есть конфликты, которые судья должен даже провоцировать.

До сих пор мы говорили о конфликтах, в которых судья не участвовал. Но, как уже отмечалось, судья нередко оказывается участником конфликта. Разуме­ется, такой конфликт — и это стоит повторить — ни при каких обстоятельствах не может быть отнесен к объективным конфликтам. Если в ходе судебного заседания судья оказывается одним из участников конфликта, то этот конфликт всегда субъективный.

— Ну, а если, профессор, кто-то из участников нарушает какие-то нормы (допустим, процессуально­го характера) и судья соответствующим образом реа­гирует на это, разве это не есть конфликт, разве су­дья таким образом не становится одним из участни­ков конфликта?

- Если имеется в виду конфликтная ситуация типа «человек—закон» (например, кто-то высказы­вается без разрешения судьи), то в этом случае судья становится не участником конфликта, а арбитром яежДУ данным лицом и... законом. И даже в том случае, когда нарушено право самого судьи (напри­мер, подсудимый своей репликой прерывает судью), это все же конфликт «человек (подсудимый)—за­кон», но не «подсудимый—судья». Судья не может быть участником объективного конфликта.

— Ну, а если высказывание кого-либо из участ­ников процесса содержит выпад в адрес личностных характеристик судьи? Разве в этом случае не возни­кает конфликт «участник процесса—судья»?

— Да, может возникнуть (и, к сожалению, возни­кает), если судья увидит в этом высказывании выпад против его личности, а не против... закона!

Поскольку подобные ситуации весьма актуальны для каждого судьи, сформулируем правило, которым следует в этих случаях руководствоваться: судью не­возможно оскорбить как личность, можно лишь на­рушить закон (об уважении к суду). И реакция судьи должна быть не личностной, как у обычных людей (обидно, больно), а отстраненной, как если бы в зале оскорбили кого-либо из иных участников процесса.

Может ли кто-либо в зале оскорбить судью? Да, может. А может ли судья на кого-либо в зале оби­деться, например на того, кто весьма нелестно, ска­жем прямо — в грубой форме высказался в адрес личностных качеств судьи? Ведь и такое явление не самое редкое в судебной практике. Иначе говоря, имеет ли право судья в этих ситуациях на проявле­ние чувств, например на проявление такого чувства, как собственное достоинство?

Ответ на этот вопрос хотя и прост, но практика ему не всегда соответствует. Если в ответ на оскорби­тельную реплику в свой адрес некий человек почув­ствовал обиду, почувствовал некое унижение своего собственного достоинства, унижение своего «Я», то в зале заседания как личностный выпад или как просто нарушение закона, с которым Вы сталкивае­тесь в любом уголовном деле? Ведь Вы не возмущае­тесь и не негодуете, когда оказывается доказанным, что подсудимый действительно нарушил закон (со­вершил, допустим, кражу). Почему же следует воз­мущаться (себе в ущерб!), негодовать или просто пе­реживать, когда тот же подсудимый нарушает дру­гой закон — закон об уважении к суду? Не слишком ли дорого Вам будет стоить подобное переживание, подобное стрессовое состояние? И не только Вам, но и Вашим близким (а о них тоже следует думать. Вы им нужны), да и делу Вашему, и обществу в целом? Вопрос риторический, ибо и ответ очевиден.

Остается лишь сменить позицию: «Судья — тоже человек» на позицию: «Судья (в зале заседания) — только арбитр».

Ибо выгоднее, как оказывается, для самого судьи последнее, а не первое.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция №1. Введение. Элементы дифференциальной геометрии. 2
Лекция №5. Множества Жюлиа, множество Мандельброта и их компьютерное представление. 18

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция       для студентов III курса специальностей 060400 «Финансы и кредит»
Вашему вниманию предлагается обзорная (установочная) лекция по курсу " Информационные системы в экономике"

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция в Дорнахе 22 мая 1920 года
Канта и протестантизма. Эта лекция вызвала негодование среди членов Лиги, культивировавших и признававших под названием монизма вообще...

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconОглавление видео Лекций о медицине Болотова Лекция №1 Причины заболевания...
Валентин Дикулин, Ирменов из Украины – специалисты по лечение травмы позвоночника

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция профессора Лукасевича И. Я. по дисциплине "Теория инвестиций"
Вашему вниманию предлагается обзорная (установочная) лекция профессора Лукасевича И. Я. по дисциплине "Теория инвестиций" для студентов...

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция для слушателей повышения квалификации на кафедре «ат на железных...
Лекция для слушателей повышения квалификации на кафедре «ат на железных дорогах» пгупс, 27. 04. 06 г

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconПрограмма к онференции
Вводная лекция: «Российская венчурная компания как институт развития инновационной экономики»

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция Управление ассортиментом товаров
Этот принцип универсален, так как используется и производителями и торговыми организациями

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconЛекция №6
Потребитель – гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных,...

Лекция Судить по совести или по закону? Лекция Судья и конфликты в заседании: как выйти достойно? Лекция «Презумпция виновности» iconОбразовательная программа дня. (Из расчета 1 смена 6000 чел.) Типовое...
Лекция специальная, в рамках программы проекта/ мастер-класс ( 10 групп по 500 чел, 10 лекторов)

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница