На работе я занимался вот чем




Скачать 96.88 Kb.
НазваниеНа работе я занимался вот чем
Дата публикации02.08.2013
Размер96.88 Kb.
ТипДокументы
vbibl.ru > Медицина > Документы
ИСКРЫ СЧАСТЬЯ
На работе я занимался вот чем.

Прочел статью, которую автор, приславший письмо в нашу редакцию, озаглавил «Искры счастья». Речь в ней шла о каком-то музыкальном коллективе. Заканчивалась статья обвинениями в адрес властей и, в частности, в мой адрес. Мне в вину ставилось то, что я, как редактор газеты, уделяю слишком мало внимания деятельности этого ансамбля.

Потом еще позвонила какая-то женщина. Разговор у нас вышел таким:

- Хочу вам пожаловаться.

- Да, я слушаю вас.

- Эта проблема касается 445-й школы.

- Что за проблема?

- Дети ободрали всю кору.

- Простите?

- Говорю: дети ободрали всю кору.

- Тааак. И что это значит?

- Как вы не понимаете! Деревья умирают! Трухлеют прямо на глазах! Да они же представляют угрозу!

- Кто? Дети или деревья?

- Дети… В смысле, деревья… Да, деревья! Их нужно немедленно спилить!

- Вы хотите, чтобы это сделал я?

- Нет, я хочу, чтобы вы оповестили об этом жителей! Это же ваша обязанность!

- И как вы себе это представляете?

- Не знаю… Сделайте фотографии, напишите статью…

- О том, что дети ободрали кору у деревьев?

- Да! Это важная проблема!

- А с чего вы вообще решили, что это сделали дети? Зачем они это делали? И как трухлявость деревьев связана с отсутствием коры на них?

- Я не знаю! Разберитесь это ваше дело.

Я вздохнул.

- Знаете, - говорю, - к сожалению, я вынужден вам отказать.

- Как это? Почему?

- Потому что это трухлявая тема.

- То есть?

- Нашей газете она не подходит!

- Как? О чем же вы пишите? Неудивительно, что вас никто не читает!

- Вы считаете проблема в том, что мы мало пишем о деревьях?

- Одним словом: если вы не примите меры, я напишу об этом Путину!

- Ну зачем же сразу Путину?

- Боитесь?

- Нет. Но обратитесь сначала в прокуратуру, в отдел благоустройства. Зачем сразу же беспокоить президента?

- Он разберется!

- Ну хорошо… Если вы так считаете, пишите Путину. До свидания.

- Подождите!

- Что?

- А у вас есть его адрес?

- Адрес?

- Да! Вы же газета!

- Газета, а не справочное!

- Журналист обязан знать все.

- Хорошо. Вы меня убедили. Есть ручка? Записывайте. Москва. Кремль. Строение один. Записали? Все. Всего доброго.

Потом я выпил две кружки кофе, разложил пасьянс, прочитал последние спортивные новости и отправился домой, насвистывая что-то из Синатры…

СОН
Прихожу на работу. Смотрю – коллега мне подмигивает. Я подмигиваю ему в ответ. Но коллега не успокаивается: мигает двумя глазами, корчит рожи, дергает уголком рта.

- В чем, - спрашиваю, - дело?

Коллега отвечает мне вкрадчивым шепотом:

- У тебя, - говорит, - ширинка расстегнута.

Я проверяю. Действительно, расстегнута.

- Спасибо, - говорю.

Занимаюсь своими делами. Потом – обеденный перерыв. Спускаюсь в столовую, заказываю пюре и шницель. Женщина на раздаче посылает мне какие-то сигналы бровями.

- Извините? – спрашиваю, - шницель в порядке?

- Шницель, - отвечает женщина, - в порядке, а вот у вас амуниция дала сбой.

Я силюсь ее понять.

- Амуниция, - повторяет женщина и взглядом показывает, о какой именно амуниции идет речь.

Смотрю – проклятая ширинка опять расстегнута. Я краснею.

- Извините, - говорю, - не уследил.

Покушав, продолжаю работать. Потом иду к директору.

Редактор говорит мне:

- Нравишься ты мне, Ратников.

Я польщен.

- Да ладно вам…

- Нет, серьезно, - продолжает редактор, - нравишься, но… извини. Ты – уволен.

Я не могу в это поверить.

- Как это? - недоумеваю я.

- Народ, - говорит, - на тебя жалуется.

- Какой народ?

- Наш. Русский.

Я удивлен.

- И чем же я ему не угодил?

- Ты плохо влияешь на женскую часть коллектива, - говорит редактор и взглядом обозначает проблемы в моей амуниции. Я смотрю: вот ты черт, опять.

Поправляюсь.

- Я, - говорю, - не виноват. Меня подставили.

- Кто?

- Производители джинсов. Или джинс. Как там правильно?

- Не знаю. Но ты сам пойми. Не могу же я производителей джинсов уволить? – говорит редактор.

- Да ну вас к черту! – говорю я и выхожу на улицу.

Иду по улице, ко мне подходит прохожий.

- У вас, - говорит, - проблемы снизу.

- Ширинка, - спрашиваю, - что ли расстегнута?

- Да, - говорит удивленный прохожий.

- А мне плевать!

Иду по улице дальше. Люди смотрят на меня. Кто-то шушукается. Старушки отворачиваются. На перекрестке ко мне подходит милиционер.

- Гражданин! – говорит, – что вы себе позволяете?

- А что такого? Моя амуниция, как хочу, так и хожу.

Милиционер смотрит на меня, как на душевнобольного.

- Амуниция, - говорит, - амуницией, а что вы без штанов по улицам расхаживаете?

Смотрю, а ведь действительно, я без штанов. И всем видны мои красные боксеры в изумительный зеленый горошек.

- Не знаю, - говорю, - еще пять минут назад они были.

- Вы уверены?

- Более чем.

- Тогда идите, - говорит милиционер.

Я иду дальше. На моем лице улыбка, и как-то неожиданно я взлетаю в прекрасное мартовское небо.

^ СТРАХ И ОТВРАЩЕНИЕ
…короче, я сидел в военкомате, и в ус не дул. Я был расслаблен и спокоен, как Иисус во время Нагорной проповеди.

Хотя атмосферка здесь была та еще! Всеобщее уныние, я бы так это описал. Ну, еще, может быть, страх. Страх и отвращение. Да, как-то так…
Ко мне подошла женщина в белом халате. Ее лицо было похоже на сухофрукт.

- Ратников?

- Да.

- Жди.

Я хмыкнул. Ждать… А чем здесь еще заниматься? Ну, да, только ждать.
Она ушла. А я остался один. Ну, почти один. Рядом со мной сидел еще какой-то прыщавый чувак в кедах Converse с длинными вьющимися волосами. Вот он выглядел испуганно. Думаю, в армии он не продержался бы и десяти минут. Когда его не станет, я заберу его Converse себе.
Мимо меня прошли два каких-то парня в спортивных костюмах. Они громко смеялись, матерились, и вообще вели себя так, будто это их уборная. Выяснилось, что им это как раз и было нужно.

- Где здесь туалет? – спросил меня самый громкий, с длинной, как у жирафа шеей. На ней выделялся огромный кадык.

Я показал, хотя мне не понравился ни его тон, ни его надменность. Мне хотелось снять с себя носок и запихнуть ему глубоко в глотку. Но я не стал. Если так реагировать на каждого громкого придурка, то можно объявить войну всему миру.

Может быть, когда-нибудь. Но не сейчас…
Туалет находился в двух шагах от меня. Они ссали очень долго. Я слышал, как струя мочи ударяется об унитаз. Они смеялись. Потом они ушли. Кто они такие, я так и не понял.
Потом народу стало побольше. Очень худой парень с неимоверно горбатым носом, какой-то модный парень, не снимавший солнечные очки, здоровый, как медведь, бугай с добрым лицом, еще пара типчиков. Один из них, с длинными грязными волосами, пришел не один, а с матерью. Она все кудахтала над ним. «Вася то, Вася сё». Васе было немного неловко. Он смущался, что мама так его опекает. Казалось, еще чуть-чуть, и она начнет кормить его с ложечки.

Над ним все немного посмеялись.
Дверь в кабинет открылась. Врач назвал мою фамилию. Я кивнул.

- Входи, - сказал врач. От него несло луком.

Кабинет был большой и светлый. Лучше, чем у стоматолога, у которого я побывал несколько минут назад.

- Раздевайтесь.

Со мной вошла еще парочка человек. Такие же придурки, как и парень в кедах. Только прыщей у них поменьше.

Я стал, не спеша, раздеваться. В помещении было прохладно, и по телу побежали мурашки. Трусы-боксеры у меня были старые, застиранные и растянутые, они выглядели просто ужасно. Но у других трусы были еще глупее. У одного «малыша», как я его прозвал, вообще были белые плавочки, как у какого-нибудь ребенка. Я смотрел на них так долго, что поймал себя на мысли, а не сочтут ли меня за педика? С трудом я оторвал взгляд.
Призывники смотрелись как рой испуганных кур. Даже здоровый парень, поразивший меня своими габаритами, без одежды смотрелся просто как ходячее желе. Он был жалок и мерзок. Что уж говорить о других…
Меня взвесили. Измерили рост, давление. В общем, провели всякие дебильные процедуры.

- Одевайся, - сказал доктор.

Потом я прошел в другой кабинет, потом в третий. Везде одно и тоже. Никто особенно не обращал на меня внимание. Для врачей я был просто ходячий кусок мяса.
У последнего кабинета возникла очередь. Я вжался в стену.

Через пару минут дверь открылась. Врач назвал какую-то фамилию.

- Стойте! Стойте! – заголосила какая-то женщина. Она явно не походила на чью-то мать. Ей было лет двадцать пять. Женщина протиснулась сквозь толпу. Одна руку у нее была поднята высоко над головой, в ней были зажаты рентгеновские снимки. Другой рукой она волочила за собой какого-то испуганного парнишку.

Она подошла к врачу и что-то ему сказала.

- Проходите, - сказа он ей. А тот парень, чью фамилию он назвал сначала, остался стоять.

- Блатные, - сказал кто-то в толпе. Я чувствовал, как все, собравшиеся здесь, переполняются ненавистью к этим двум. Возможно, когда парень выйдет из кабинета, его разорвут на мелкие куски. Все завидовали ему. Я – тоже. Ему повезло родиться в семье богатых родителей, которым хватило денег на поддельные рентгеновские снимки. Ему повезло, а мне – нет. И всем нам не повезло.

Мы стояли и злились. Долго стояли.
Через какое-то время подошла и моя очередь. Я вошел.

Доктор опять приказал раздеваться. Врачи здесь говорят это чаще, чем клиенты проституток. Но все говорят с разной интонацией. Кто-то повелительно, кто-то, как будто, извиняясь. Но большинству все равно. Конечно же, большинству все равно.
Я сложил свои вещи на кушетку.

- Что за книга? - спросил доктор.

Я улыбнулся.

- Буковски.

Доктор сказал:

- Дай-ка посмотреть.

Доктору было далеко за шестьдесят. На груди у него были седые волосы. А в носу волосы были черные.

- Берите.

Он взял, покрутил книгу, открыл на первом попавшемся месте. Это был рассказ «Без носков». Хороший рассказ, но он начинается со сцены группового анального изнасилования пальцем ноги.

У старого хрыча глаза на лоб полезли.

- Что это за порнография! – прокричал он.

- Я же сказал, Буковски.

- Как можно читать такую гадость?

- Кому - гадость, а кому в самый раз.

Но хрыч завелся.

- Это возмутительно! Будешь такое читать, кончишь где-нибудь в грязной канаве!

- Мой дед так кончил, - сказал я, - но не думаю, что он читал Буковски.

Хрыч фыркнул. Больше он со мной не разговаривал.
- Допрыгался, Ратников, догулялся! – потирал свои здоровенные потные руки полковник.

Я уже прошел всех докторов и сидел перед ним со скучающим видом.

- Думал, долго будешь от нас скрываться?

- Я не скрывался…

Это было чистой правдой. Сидел дома, пил пиво, бил баклуши, думал о вечном. Где-то между пивом и думами женился. Чуть позже жена родила мне сына. Кто мог подумать, что это окажется слабеньким аргументом для этих бравых вояк?

- А что ты делал?

Я зевнул.

- Ничего.

Полковник поставил какую-то печать в моем личном деле.

- Видишь, - сказал он, - раньше ты жил бесполезно, а теперь принесешь пользу Родине.

- Засуньте свои измышления себе в задницу, - сказал я. Полковник напрягся и побагровел. Подумалось, может, козел меня ударит? Но он был слишком толст. Пока бы он вставал из-за стола я бы двадцать раз смог бы уделать его огромной канцелярской лампой.

Поэтому он прикусил язык.

- Иди отсюда, - выдавил он из себя.
Я вышел. Предстояло оставить моим новым друзьям цвета хаки отпечатки пальцев и сесть в старый ПАЗик. Не очень сложно.

Захотелось отлить. Я вошел в туалет. Там уже стоял какой-то парень и курил. Выглядел он довольно неплохо. Лучше, чем остальные. В глазах у него, по крайней мере, был какой-то огонек.

- Не угостишь? – спросил я.

Парень угостил.

- Отправляют?

- Ну.

- Далеко?

- К счастью, под Питер.

Парень улыбнулся.

- Повезло. А меня куда-то в Сибирь. Буду охранять тундру.

- Дерьмо.

- Бывает и хуже.

Мы разговорились. Его звали Андреем. Милый парень. Через две недели он умер на пересыльном пункте от двусторонней пневмонии. Я и не знал, что разговариваю с мертвецом.

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

На работе я занимался вот чем iconОглавление Предисловие Глава Психическое выгорание как следствие...
Психическое выгорание как следствие стресса на работе, или Чем опасен стресс на работе

На работе я занимался вот чем iconХизгил Авшалумов- известный прозаик, поэт и драматург. Но чем он занимался кроме этого?
Известно, что Авшалумов участник Великой Отечественной войны. День Победы встретил в Берлине. Кем он работал демобилизовавшись?

На работе я занимался вот чем iconГрэхем Хэнкок Ковчег Завета
Разговаривая на местном языке тигринья, он расспросил через моего переводчика обо мне и о мотивах моего приезда: из какой я страны,...

На работе я занимался вот чем iconИз книги А. А. Карелин “Психология изменений” 2000г. Впервые опубликовано...
Чем бы он ни занимался, мысль незаметно перебиралась на дела предстоящего понедельника, порой убегая и дальше по ступенькам дней...

На работе я занимался вот чем icon"искусство сбережения собственной целостности"
Я сберегаю собственную целостность – вот и все, чем я занимаюсь, – как-то ответил известный даос-мистик на вопрос, в чем заключается...

На работе я занимался вот чем iconФедор Михайлович Достоевский двойник
Вот бы штука была, сказал господин Голядкин вполголоса, вот бы штука была, если б я сегодня манкировал в чем-нибудь, если б вышло,...

На работе я занимался вот чем icon13. Литература
Доверься своим высшим, они тебе помогут во всем чем ты попросишь Не сомневайся ни в чем, в своей работе, в себе. Если ты выбрал этот...

На работе я занимался вот чем iconГончаров Сергей Иванович в в е де н и е
Очевидно, что в полной мере осуществить эту задачу ему не удалось. Материал в работе изложен весьма сумбурно и местами нудновато....

На работе я занимался вот чем iconИндия с чаем и слонами, Индонезия с ротангом, а вот, с чем у самих русских ассоциируется Россия?
Япония привычно ассоциируется у нас с суши, Индия — с чаем и слонами, Индонезия — с ротангом, а вот, с чем у самих русских ассоциируется...

На работе я занимался вот чем iconВеллер Самовар «Самовар»
Здесь для Веллера нет запретных тем и запретных мыслей. Любовь, долг,чем кончится история человечества и в чем предназначение человека...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница