П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц




НазваниеП. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц
страница1/8
Дата публикации15.03.2013
Размер1.2 Mb.
ТипУчебное пособие
vbibl.ru > Литература > Учебное пособие
  1   2   3   4   5   6   7   8
УДК 801.73 ВЕК 87.3:83я73 Л97

Рецензенты: д-р филол. наук, проф. П. Е. Бухаркин (С.-Петерб. гос. ун-т), канд. филол. наук, доц. Л. С. Гейро (Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом) РАН)

Печатается по постановлению

Редакционко-издателъскоео совета

С.-Петербургского государственного университета

Ляпушкина Е. И.

Л97 Введение в герменевтику: Учеб. пособие. - - СПб.:

Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2002 . -- 96 с. 13ВК 5-288-02591-6

Учебное пособие посвящено литературной герменевтике — разделу теории литературы, в котором рассматриваются общие проблемы пони­мания И интерпретации текста. Основное внимание уделяется вопросам общефилософского обоснования интерпретационных стратегий, вырабо­танных филологической наукой, что обусловило необходимость освеще­ния философского творчества авторов XVIII—XX вв., оказавших суще­ственное влияние на становление и развитие литературной герменевтики (Ф. Шлейермахера, В. Дилътея, Э, Гуссерля, М. Хайдеггера и др.). История современной литературной герменевтики рассматривается дис­кретно: речь идет лишь о переломных для ключевых герменевтических проблем моментах.

Для студентов филологических факультетов университетов.

ББК 87.3:83я73

Тем. план 2001 г., № 41

Пособив подготовлено при. поддержке РФФИ.

программа аВедущие научные школы^ грант 96-15-98615

и публикуется е авторской редакции

© Б. И. Ляпушкипа, 2002

© Издательство

С.-Петербургского университета, 2002

IЗВN 5-288-02591-6

ПРЕДИСЛОВИЕ

В самом общем смысле слова, как теория интерпретации текста и наука о понимании смысла, герменевтика оказыва­ется явлением чрезвычайно широким, и нтер дисциплин арным, т. е. обслуживающим различные области гуманитарного зна­ния: психологию, историю, социологию, филологию, искусст­вознание, правоведение и др. Именно с герменевтикой, таким образом, связано представление об универсальном методе в области гуманитарных наук.

В предлагаемом учебном пособии речь пойдет о том ас­пекте герменевтики, в котором она становится частью теории литературы, т. е. о литературной герменевтике. При этом необходимо учитывать, что ни общие подходы к герменевти­ческим проблемам филологии, ни существующие в филологи­ческой науке интерпретационные стратегии не могут быть отделены от проблемы их философских обоснований. Поэтому осознание единой общефилософской основы герменевтики В целом становится необходимым условием для выяснения спе­цифики собственно филологической герменевтики и, соответ­ственно, поэтому же в данной работе значительное внимание будет уделено именно общефилософским аспектам герменев­тики.

И еще одна оговорка: в настоящем пособии будут рас­сматриваться лишь наиболее существенные герменевтические проблемы, которые, получая на разных этапах развития на­уки конкретные решения, тем не менее регулярно возвраща­ются, вновь возникают в процессе дальнейшего ее развития, проявляя таким образом собственную устойчивость и актуаль­ность как сущностное свойство самой дисциплины. Это те проблемы, которые, в конце концов, и обеспечивают само наличие дисциплины. С этим связана специфика предлагае­мого подхода к предмету: речь пойдет не об истории герме­невтики как таковой, точнее, история здесь предстанет, но не как непрерывный процесс, а дискретно, т. е. основное вни­мание будет уделено наиболее значительным, переломным в судьбе ключевых герменевтических проблем моментам, имев­шим место на протяжении двух веков — с конца XVIII —

начала XIX века, времени становления герменевтики как философской дисциплины, до наших дней.

При подготовке учебного пособия учитывался опыт лек­ционного курса по герменевтике, прочитанного в 1998 году на кафедре истории русской литературы С.-Петербургского государственного университета профессором В. М. Маркови­чем, - - опыт, оказавший мне неоценимую помощь в настоя­щей работе, за что я сердечно благодарна Б. М. Марковичу.

Глава первая ^ ФИЛОСОФСКАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА XIX ВЕКА

1, «Универсальная» герменевтика Ф. Шдейермахера

Происхождение термина «герменевтика» связывается с именем олимпийского бога Гермеса, выступавшего в роли вестника, проводника, посредника между богами и людьми: Гермес передавал людям божественную волю, объясняя и истолковывая ее смысл.

Герменевтическая проблематика уходит своими корнями, во-первых, в античную, а затем классическую филологию, во-вторых, в библейскую экзегезу и, в-третьих, в юриспру­денцию. В поздней античности филологическая герменевти­ка занималась толкованием «темных мест» в текстах класси­ческих поэтов; в пределах сформировавшейся в эпоху Воз­рождения классической филологии герменевтика понималась прежде всего как искусство перевода памятников античной культуры на язык культуры современной; теологическая гер­меневтика занималась толкованием священных текстов, вы­яснением правил и пределов понимания этих текстов (тео­логическая герменевтика развивалась в значительной мере в условиях резкой полемики протестантских и католических богословов по вопросу о возможности правильного истолкова­ния Священного писания вне контекста собственно церков­ной догматики); и, наконец, юридическая герменевтика раз­рабатывала приемы и способы толкования юридических ко-

дексов, терминов, законов. Очевидно, что каждая из упомя­нутых дисциплин (филология, теология, юриспруденция) само­стоятельно и изолированно занималась проблемами толкова­ния, исходя из специфики собственного предмета, и каждая, соответственно, породила собственную, специальную, герме­невтику. Проблема же понимания как общая проблема воз­никла тогда, когда стало очевидно, что при всем разнообразии герменевтических объектов сами принципы понимания и ин­терпретации едины.

Вопрос об этом единстве впервые поставил немецкий уче­ный — филолог, теолог, философ, автор трактатов «Диалек-тика*, «Герменевтика», «Критика» — Фридрих Шлейермахер (1768-1834), который и считается основоположником совре­менной герменевтики.

В сущности, в эпоху Шлейермахера герменевтика пере­живает свое второе со времен античности рождение, обретая статус философской дисциплины. Шлейермахер осуществил важнейшую переакцентировку основной герменевтической проблемы, т. е. проблемы понимания и интерпретации: он перешел от предмета понимания к природе понимания как такового, концептуально поставив вопрос о том, что такое понимание и что такое смысл.

Осознание универсальной основы понимания существен­ным образом изменило и представление об объекте понимания. Отныне он перестает носить выборочный --в зависимости от ценностных критериев - - характер: пониманию подлежат не только высокие образцы античной литературы или тексты Священного писания, пониманию подлежит вообще любой устный или письменный текст, любой речевой акт. При этом существеннейшей идеей герменевтической системы Шлейерма­хера, обнаруживающей романтические истоки его философии, становится идея личности: на что бы ни было направлено понимание, каков бы ни был его объект, оно в конце концов всегда оказывается направленным на человека, на личность, выразившую себя посредством языка через тот или иной объект.

Потребность и возможность понимания другого человека обусловлена, с точки зрения Шлейермахера, наличием единого субстрата общечеловеческой природы: да, все люди различны

(предпосылка для непонимания), но это различие сводится лишь к различию в сочетании и мере проявления тех или иных общих, присущих всем людям свойств человеческой природы. Каждому человеку свойственно то, что так или иначе наличествует во всех остальных людях, в любом другом человеке — в этом смысле человек «узнаваем». Поэтому, в сущности, нет ничего такого, что в силу собственной «неуз­наваемости» могло бы обречь человека на то, чтобы он остался непонятным (непонятым). Таким образом, находится мощная предпосылка для перехода от непонимания личности к ее пониманию, которое, в свою очередь, совершается на путях истолкования текстов, поскольку в тексте, по мысли Шлей-ермахера, авторский аспект оказывается не менее существен­ным, с точки Зрения информативности, чем предметно-содер­жательный. Понимание текста — это не просто понимание того, о чем в нем говорится, это прежде всего понимание того, как об этом «чем-то» говорится. В этом как и проявляет себя личность автора, поэтому именно через понимание текста возможно и необходимо прийти к постижению личности ав­тора — такова логика Шлейермахера.

Шлейермахер предлагает два вида истолкования текста: грамматическое (в результате которого выявляется индиви­дуально-стилистическая манера автора произведения, неповто­римое своеобразие данного автора, выразившееся в языке); и психологическое (в пределе направленное на выявление того первоначального бессознательного импульса, который прово­цирует творческий акт). Соотношение грамматического и пси­хологического истолкований, таким образом, отражает соот­ношение языка и мышления, их неразрывную связь.

На протяжении всего процесса истолкования, на «грам­матическом» и «психологическом» его этапах, должны ис­пользоваться — не соответственно этим этапам, но одновре­менно и применительно к каждому из них — два равноправ­ных метода: сравнительный, основанный на анализе, и диви-национный, основанный на интуиции, прозрении, догадке. Отметим, что для Шлейермахера чрезвычайно существенным, даже необходимым условием, обеспечивающим успешность познавательного процесса, оказывается постоянное взаимодей­ствие (но не смешение) этих двух методов. В процессе позна-

6

ния И два вида истолкования, и два метода поочередно сменяют друг друга, придавая самому процессу циклический характер.

С тем же циклическим характером процесса понимания связана еще одна проблема герменевтики — проблема герме-невтического круга. Принцип герменевтического круга был воспринят герменевтикой из античной риторики (вопрос о соотношении частей и целого); он широко практиковался и в экзегезе средних веков, требовавшей для понимания библей­ского текста веры в него, а для веры — его понимания. Герменевтический круг предполагает попеременное понимание части из целого и целого из части: для того чтобы понять целое, необходимо понять его части, но понять части можно, лишь поняв целое. По мысли Шлейермахера, процесс пони­мания совершается именно в пределах такого рода взаимо­сцеплений; он проходит несколько стадий корректировки смысла (целого - • частями и наоборот) и в результате, в идеале, должен привести к адекватному пониманию всего текста. Конечной целью понимания, его итогом должно стать полное слияние интерпретатора с личностью автора, который выразил себя в тексте. Такое слияние достигается на пути продвижения интерпретатора от произведения автора к пер­воначальному импульсу, породившему это произведение, т. е., по сути дела, интерпретатор проделывает в обратном направлении путь самого автора, полностью повторяя его творческий акт. При этом интерпретатору необходимо учесть не только авторское сознание, но и подсознание, и то бес­сознательное, что независимо от авторской воли проявилось (или не проявилось) в произведении. То есть в конце кон­цов интерпретатор должен понять автора лучше и в большем объеме, чем автор сам себя понимает. Естественно, что достичь такого понимания может только человек, наделенный соот­ветствующим талантом. Талант интерпретатора, таким обра­зом, становится условием, необходимым для того, чтобы по­нимание состоялось.

2. Герменевтика как методология гуманитарных наук.

В. Дильтей

Идеи Шлейермахера были отчасти развиты, отчасти кри­тически переосмыслены другим немецким философом Вильгельмом Дильтеем (1833-1911). Утверждая вслед за Шлейермахером универсальный характер герменевтического метода, Дильтей значительно расширяет представление об объекте герменевтики: пониманию подлежит не только любой речевой акт, но вообще все, что может иметь смысл. Очевидно, однако, что провозглашение, по сути дела, безграничности объекта понимания носит у Дильтея декларативный характер: в реальной философской практике Дильтей, как и Шлейер-махер, ограничивается теорией интерпретации письменного текста, потому что только такой текст оказывается единст-венной формой, в которой могут быть зафиксированы различ­ные «жизненные проявления». Целью же интерпретации для Дильтея является выразивший себя в тексте человек в его историческом бытии, - - отсюда интерес философа к таким категориям, как «дух эпохи», «дух культуры», «дух нации». Интерес к исторической личности, с одной стороны, и к духовно-историческому контексту реконструируемой эпохи — с другой, реализуется в философском творчестве Дильтея в соответствии с действием принципа герменевтического круга: понять творческую личность возможно только при условии понимания духовного мира эпохи, которое, в свою очередь, осуществимо лишь через понимание отдельных проявлений этого мира, отдельных «объективации жизни» (т, е., по Диль-тею, текстов) творческой личности.

Основной критический по отношению к Шлейермахеру аспект учения Дильтея связан с представлением философа о специфике гуманитарных наук, или «наук о духе» (понимав­шихся Дильтеем прежде всего в плоскости исторического изучения), по сравнению с науками естественными. По мысли Дильтея, последние обращены лишь к внешним фактам, в то время как первые исследуют так называемую внутреннюю реальность. (Строго говоря, идея противопоставления естест­венных и гуманитарных наук принадлежит не Дильтею. Она была обоснована главой баденской школы неокантианства

Б, Виндельбандом, учение которого, несомненно, оказало из­вестное влияние на формирование философского мировоззре­ния Дильтея.) Принципиальное, существенное различие в са­мой природе объектов двух типов наук неизбежно влечет за собой и различие их методов: "понимание" (в терминологии Шлейермахера ему соответствует дивинационный метод) ока­зывается прерогативой наук о духе; в области же естественных наук действует "объяснение" (по Шлейермахеру — сравни­тельный метод). Для естественных наук, имеющих дело с регулярными, повторяющимися, подчиненными определенным закономерностям явлениями, установка на однозначное объ­яснение оказывается совершенно оправданной. Но эта уста­новка, эта методологическая стратегия должна быть преодо­лена в области наук о духе, предметом которых становятся явления единичные и неповторимые.

В жестком противопоставлении типов наук и соответству­ющих им методов Дильтей исходит из различия не только объектов, но и субъектов познания: объяснение предполагает вненаходимость субъекта по отношению к своему объекту, оно требует объективности, а в идеале и безличности познания; понимание же основывается на том, что историю (а науки о духе — повторим это еще раз — осмыслены Дильтеем именно и прежде всего как исторические науки) исследует тот же, кто ее творит, т. е. историческое познание обнаруживает однородность субъекта и объекта. При этом для Дильтея очевидно, что объект, который имеет ту же природу, что и субъект познания, т. е., в сущности, сам оказывается субъ­ектом же, может быть понят только через сопереживание. Необходимо соотнести собственный внутренний опыт с опытом другого человека (не случайно, познать другого, по Диль-тею, — значит прежде всего познать себя; постижение явле­ний духа есть одновременно путь интуитивного самопости­жения человека), необходимо внутренне перевоплотиться в Другого (что в принципе достижимо, благодаря все тому же представлению о субстрате общечеловеческой природы, кото­рое было обосновано еще Шлейермахером) и таким образом Достичь понимания. Процесс понимания оборачивается для субъекта «превращением» в другого субъекта путем «сопере­живания», «вживания», «перевоплощения», «вчувствования»

и т. п. Обратим внимание на то, что для Дильтея оказыва­ется, строго говоря, неважным, осуществляется ли понимание в результате движения субъекта к объекту или, наоборот, в результате приближения объекта к субъекту. Так, понима­ние, достигнутое путем «вживания», предполагает перенесение субъекта в объект (т. е., по сути дела, превращение субъекта в объект); «вчувствование» же подразумевает обратный про­цесс: перенесение на предмет вызываемых им чувств и на­строений (или превращение объекта в субъект) — именно такой смысл вкладывает в сам термин «вчувствование» вы­работавшая его во второй половине XIX века психология творчества. Очевидно, что направление движения для Дильтея не имеет значения, важно, чтобы оно было встречным и чтобы его результатом стало «слияние», совпадение субъекта и объ­екта, — вне зависимости от того, на чьей «территории» это слияние происходит. В любом случае в саму процедуру по­нимания Дильтей вносит психологизирующий момент, преоб­разуя субъектно-объектные отношения, трансформируя фор­мулу этих отношений «я—он» («субъект—объект») в «я—ты» {«субъект—субъект»).

В психологическом аспекте трактует Дильтей и проблему исторической дистанции. Если для Шлейермахера эта проблема сводилась к необходимости преодоления временной разве­денности субъекта и объекта познания как помехи и конечное отождествление интерпретатора с текстом просто исключало момент дистанцированности, отменяло его, то Дильтей при­знает даже определенную познавательную продуктивность ис­торической дистанции. Чем ближе друг к другу во времени находятся субъект и объект познания, тем более зависимы их отношения от различных помех психологического толка: сию­минутные связи, обстоятельства, условия, злоба дня и т. п. Историческая же дистанция обеспечивает сознанию субъекта в его отношении к объекту чистоту и свободу, необходимые для осуществления «перевоплощения»-, «вживания» субъекта в объект. Наличие исторической дистанции, таким образом, определяет оптимально благоприятные субъектно-объектные отношения, при которых процесс преодоления самой этой дистанции — с целью осуществления понимания — оказыва­ется наиболее продуктивным. Иными словами, историческая

10

дистанция очищает понимающее сознание от всевозможных несущественных и периферийных элементов, затрудняющих выход к пониманию.

Итак, главным инструментом дильтеевской герменевтики является понимание; оно, в свою очередь, достигается не просто рассудочным путем, но в единстве чувства, мысли, воления и оценки — т. е. всех духовных сил и возможностей человека. Само искусство понимания, согласно Дильтею, наи­более плодотворно проявляет себя при интерпретации литера­турных произведений. Эта мысль получила теоретическое обо­снование в его работах «Введение в науки о духе» (1883), «Происхождение герменевтики», «Сила поэтического вообра­жения. Начала поэтики» (1887) и др., а также практическую реализацию в исследованиях творчества Гете, Новалиса, Лес-синга, Диккенса, Гёльдерлина и др. Отбирая литературный материал для своих интерпретаций, Дильтей останавливается на наиболее ярких памятниках, позволяющих, с его точки зрения, максимально полно восстановить цельность человече­ского существа, жизненную цельность как таковую, органи­ческое единство духовной жизни (в этом пункте явственно обнаруживает себя полемический характер философии Диль-тея - - его неприятие и постоянное оспаривание господство­вавших в философии второй половины XIX века принципов позитивизма, игнорирующего, по мысли Дильтея, цельность сознания и подменяющего реальную, «живую» историю аб­страктными механическими схемами и конструкциями).

Поскольку постичь исторического человека, выразившего себя в художественном тексте, позволяет лишь адекватное этому выражению «переживание» интерпретатора, очевидно, что творческий потенциал последнего должен соответствовать силе творческой личности исследуемого автора. Постигая Гете, необходимо обладать его, Гете, степенью гениальности — в противном случае постижения не состоится. Таким образом, тезис Шлейермахера о таланте интерпретатора как обязатель­ной предпосылке понимания достигает в системе Дильтея своего предела: гениальное творение может быть понято толь­ко подобным ему же началом — только гением; творческая стихия человеческого духа может открыться только творчес­кой же стихни науки о духе; понимание только тогда ока-

11

зывается истинным пониманием, когда оно конгениально свое­му объекту.

При всей своей ориентированности на литературный ма­териал, заинтересованности в нем, герменевтическая система Дильтея тем не менее всецело разворачивается в плоскости философии. Это именно философское построение, в котором обращение к литературному творчеству, преимущественно к произведениям поэтов («органов понимания жизни», как на­зывал их Дильтей), выполняет прежде всего иллюстративную функцию. В плоскость же собственно филологии общефило­софские идеи Дильтея переводят его последователи и ученики.

Глава вторая
  1   2   3   4   5   6   7   8

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconОбщеобразовательная программа дошкольного образования Авторский коллектив
Н., канд пед наук, Дякина А. А., доктор филол наук, Евтушенко И. Н., канд пед наук, Каменская В. Г., доктор псих наук, Кузьмишина...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconГосударственный стандарт союза сср
Ю. П. Менчев, канд техн наук (руководители темы); Д. В. Замбахидзе, канд техн наук; О. Н. Карпухин, д-р хим наук; А. В. Саморядов,...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconСредства и установки электрохимзащиты всн 009-88
Вниистом Миннефтегазстроя канд техн наук Е. А. Никитенко, канд техн наук К. Л. Шамшетдинов, канд техн наук Н. П. Глазов, канд техн...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconПрофили горячекатаные свп для крепи горных выработок сортамент гост 18662-83
Н. М. Воронцов, канд техн наук; И. С. Гринь, канд техн наук; К. Ф. Перетятько; Н. Н. Марфутина; Л. В. Климова; С. А. Саратикянц,...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconЕдиная система технологической подготовки производства
В. Ф. Курочкин, канд техн наук; Ю. Д. Амиров, канд техн наук (руководитель темы); Г. А. Яновский; А. И. Голуб; Т. К. Алферова, канд...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconСистема стандартов безопасности труда работы электросварочные требования безопасности
В. И. Киреев, канд биол наук; Л. А. Наумова, канд мед наук; М. М. Иваненко; А. Н. Фортунатов; Г. Н. Лащук, канд мед наук; А. В. Рязанов;...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconО. М. Дьяченко, докт психол наук; А. И. Булычева, канд психол наук;...
Авторы: О. М. Дьяченко, докт психол наук; А. И. Булычева, канд психол наук; Н. С. Варенцова, канд пед наук; Т. В. Лаврентьева, канд...

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconСтроительные нормы и правила
Ссср (д-р техн наук Е. Е. Карпис, М. В. Шувалова), вниипо мвд СССР (канд техн наук И. И. Ильминский), мниитэп (канд техн наук М....

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconСтроительные нормы и правила отопление, вентиляция и кондиционирование сниП 04. 05-91*
Ссср (д-р техн наук Е. Е. Карпис, М. В. Шувалова), вниипо мвд СССР (канд техн наук И. И. Ильминский), мниитэп (канд техн наук М....

П. Е. Бухаркин (С. Петерб гос ун-т), канд филол наук, доц iconЭнергобаланс промышленного предприятия
Безруких П. П., канд техн наук (руководитель темы), Вяткин М. А., канд эконом наук; Доброхотов В. И., д-р техн наук; Калинин Е. В.,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница