Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера




НазваниеВеликая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера
страница2/6
Дата публикации23.03.2013
Размер0.77 Mb.
ТипСочинение
vbibl.ru > Культура > Сочинение
1   2   3   4   5   6

Революция начинается
Только не подумайте, что я пытаюсь кого-то винить или оправдывать. Много веков тому назад ещё Сократ заметил, что сознательно никто не пытается сделать хуже. Даже признанные сумасшедшие и политики верят в то, что они стараются на благо человечества. В конце концов, наша культура определяет, что считается лучшим. Другое дело – что из этого получается.
Неожиданным результатом отмены крепостничества было появление действительно уникальной группы людей.

В любой стране, где феодальная структура, с её стремлением владеть землей и людьми, да побольше, заменяется индустриальной рыночной экономикой, социальное значение переходит к людям с деньгами или способностью делать деньги, используя своё умение и знание. К несчастью, российские доктора, профессора, инженеры и другие профессионалы росли во всё ещё феодально-милитаристской культуре, с её презрением к денежным отношениям и даже намёку на прибыль. К тому же, даже после отмены крепостного права, государство доминировало практически во всех сферах жизни. Добавьте сюда и отсутствие возможностей в пока небольшом частном секторе, и образованные люди оказались в странной ситуации, которая создала культурную группу с образованием и умением равным, если не превышающим, их европейских коллег и бескомпромиссной ментальность феодального рыцаря на государственном окладе, которая впоследствии получила известность, как российская интеллигенция. Такой себе эквивалент западного интеллектуала, но с темпераментом рэппера-гангстера. Тогда как западный интеллектуал обычно устраивался поудобнее в академиях и университетах, и только тогда поучал, как и что все должны делать, российский интеллигент, движимый темпераментом Неистового Роланда из Ариостовой вещицы, напрямую двинул изменять мир, вместо того, чтобы устроиться, как люди делали, скажем, в Оксфорде.

Культура российской, и не только, революционной интеллигенции может быть прослежена до некоего господина Раскольникова, печально знаменитого героя романа «Преступления и наказания», сочинённого бывшим революционером Достоевским. Убив старушку, Раскольников осознаёт, что не тяжелая жизнь или жадность заставила его совершит преступление. Оказалось, что это был почти научный эксперимент, чтобы проверить или он «тварь дрожащая или право имеет». Его действия не имеют никакого отношения к его личным обстоятельствам. Просто слишком много ума и недостаточно возможностей его применить. Воистину, горе (всем!) от ума!

Это объясняет, почему россияне всегда преуспевали в абстрактных дисциплинах: математике, физике, изобразительном искусстве, литературе и музыке. Из них вышло множество великих изобретателей, которые не заботились о широком внедрении их изобретений или даже просто о взятии патента. Почему? Потому, что тогда это было бы практично и прибыльно, то, что их культура не приветствует. С другой стороны, Эдисон без колебаний совести присваивал работы других. Вы знаете, как оно обернулось.

Те, кто не чувствовал себя комфортабельно тюкая топором старушек, или малюя черные квадраты, или создавая пьесы и оперы, нашли другое абстрактное занятие. Они начали говорить за простой народ. Мы все знаем, что интеллектуалы и политики не любят ничего больше, чем говорить и действовать от имени простого люда.

По крайней мере, часть российской интеллигенции оказалась честной в своей попытке помочь возлюбленным массам. Они буквально пошли жить в народ, чтобы образовать его, как многие интернациональные благотворительны организации делают в наши дни. Это настоящее выражение популизма дало им звание «народников». Гораздо меньшее, но невероятно активное число народников справедливо решило, что главным вопросом оставался вопрос владения землёй. И тогда, не имея никакой легальной возможности влиять на государственную политику в этой, как и других областях, и не имея достаточно грубой силы для переворота, эти молодые (конечно, они были молоды!) люди сообразили, что если правительство не слышит их немногочисленных голосов, то ему придётся услышать бомбы и пули.

Так Россия получила свою собственную войну с терроризмом. Одной из первых жертв оказался тот самый император Александр Второй, который и отменил крепостное право. Ирония судьбы или...

Достаточно быстро, к своему удивлению, террористы обнаружили, что их методы не работали для их цели. Вместо того чтобы заставить правительство подумать об изменениях в интересах масс, они заставили его сделать то, что правительства делают лучше всего – паниковать и реагировать в совершенно экзальтированной манере, ограничивая свободу. Некоторые революционеры решили, что всё, что требовалось, было побольше террора в гораздо более обширном, грандиозном масштабе. Но для этого им требовалась настоящая революция, вроде Французской, или хотя бы более или менее массовое восстание. Но ничего подобного под рукой не находилось. Пришлось искать решение там, откуда Пётр Первый привёз своё – в Европе.

Там, на развивающемся Западе, находились младогегелианские умы, которые, остроумно используя научный подход и философскую диалектику, казалось, нашли-таки ответ.

История оказалась прямой и негибкой в своём прогрессе, прыгая с одной ступеньки социальной формации на другую, более высшего уровня с такой неизбежностью, что дух захватывало. Главный вдохновитель такого подхода был Карл Маркс. Он, не стесняясь, занимал идеи из работ других, живых и мёртвых, экономистов и философов, в частности у анархистского теоретика Прудона, которому эту ужасно не нравилось. Вы, наверное, уже догадались, что европейские революционные интеллектуалы дрались за право быть наилучшим представителем трудящихся масс, которых они обычно лично совершенно не знали. Как бы там ни было, Маркс, вдохновлённый немножко Гегелем, чуток Адамом Смитом, совсем ничего Прудоном, а больше всего своими любимыми сигарами, сварил кашу из различных социальных, экономических и политических идей, приобретшую известность, как марксизм.

И это было жутко несправедливо! Так как, честно говоря, Маркса нельзя отделить от другого революционного мыслителя Фридриха Энгельса, кто был что-то вроде Пола Маккартни при Марксе-Ленноне. Вместе они и создали чудесную теорию. Их первое совместное творение немедленно стало хитом. В нём они открыли классы-антагонисты, всегда ходящие парами, которые борются до тех пор, пока пролетарская революция не поставит всё на свои места. Их величайшим достижением стал «Капитал», тройной альбом, с популярным хитом в виде идеи, что рабочих дурят, поскольку хозяева оставляют себе некоторые деньги, как прибыль. Это было объявлено величайшей несправедливостью, которую требовалось исправить любыми средствами. Правды ради, нужно отметить, что динамичный дуэт слегка подуспокоился под конец жизни, обнаружив, что может быть, где-то, как-то, по большому счёту, всё, что трудящимся требуется - это демократическая представительная система, как было в США, согласно Энгельсу, да справедливая зарплата. Частная собственность, сама по себе, особо не волновала пролетариат, если она давала им удобства современной жизни. Эта точка зрения подтвердилась, опять таки, в США, безжалостным капиталистом Генри Фордом, сообразившим, что вместо того, чтобы продавать немного продукции немногим покупателям, было бы гораздо прибыльнее продавать много продукции многим покупателям, и его работники и были этими покупателями. Таким образом, если им платить больше, достаточно, чтобы довести их до уровня среднего класса, они начнут покупать больше, и таким образом капиталисты заработают больше, и все будут если не счастливы, то, по крайней мере, иметь достаточно причин держать свои рты закрытыми. Несомненно, что когда эта мысль пришла к отцам коммунизма, они или были мертвы, как Маркс, или стары и поэтом не заслуживающими внимания, как Энгельс. В любом случае, Фридрих заслуживает признания, но поскольку борода у Карла была пороскошней, то рекламировать его было легче. К тому же, попробуйте произнести «энгельсизм» и убедитесь насколько верно было избрано имя для их торговой марки.
Эта штука объясняла все и вся. Похоже, имела смысл. Казалась научной. И делала мир простым и организованным.

К несчастью, марксизм оказался таким запутанным и противоречивым в деталях, обширным в объёме и трудным для чтения, что не существует ни одного живущего или умершего человека, кто мог бы честно сказать, что он полностью прочёл его, понял и согласился с марксизмом, как полным и законченным учением. И это включая самого Маркса!

Это было обширное наследие с необязательно стыкующимися кусками, раскиданными и разделёнными десятилетиями, которое больше напоминало Библию, чем научную теорию. А вот что было удачно, так это то, что марксизм, так же как и Библия, невероятно хорошо работал на уровне упрощенных концепций, которые мог использовать кто угодно с любой целью. Ну, религия, и всё тут! И подобно Библии, построившей взгляд на мир на основе опыта махонького народа жившего на узеньком клочке земли, марксизм использовал исторический анализ частного случая нескольких европейских стран и выдал шаткие и неподтвержденные гипотезы за абсолютную истину. Действительно, большинство, если не все, социалистические теории невероятно евроцентристские. Для них мировая история и развитие значит Западную Европу. Так что всё несоответствующее западноевропейскому стандартному мышлению отвергается как варварское и нецивилизованное. Последователи этих доктрин на других континентах постоянно обнаруживали, что то, что хорошо для шведов, необязательно подходит китайцам. По русской поговорке «Что русскому хорошо, то немцу – смерть!»
Заметим, что Россия не была такой уж отсталой в смысле революционного развития. В своём уникальном, противоречивом стиле она произвела, назло европейской социал-демократии, две наиболее важнейшие личности анархизма: Бакунина и Кропоткина. Бакунин был офицером, а Кропоткин – так вообще князем, чья родословная превосходила даже царскую. Несмотря на это, эти анархисты подняли чаяния российского крестьянства до нового уровня, объявив их настоящей силой революции в будущей всеразрушающей борьбе за волю.

Марксу и другим социал-демократам это не нравилось. Они уже купились на идею, что в классовой борьбе двух антагонистических (чтоб не сказать противных) классов пролетариату положено прижать буржуазию. По их мнению, другие классы профукали свои возможности в прошлом и поэтому значения не имели. Другие классы об этом не догадывались, поскольку были заняты другими делами, более важными для них, чем чтение «Капитала», и продолжали ненаучно влезать в драку. В то же время, напоминаю, интернациональная социалистическая теория была уж очень евроцентричная. Революция была обязана случиться в культурной и цивилизованной Европе, а страны вроде России должны были стоять наготове, пока их не позовут.
Это разорвало российское революционное движение пополам. Ортодоксальные социал-демократы стремились организовать рабочий класс в профессиональные союзы и по шажкам ползли к представительной демократии, ожидая, пока большие европейские мальчики устроят свой европейский социализм, который потом потихонечку заползёт и в отсталую Россию. Те же, кто был убеждён, что главная проблема России была в вопросе владения землёй, что делало крестьян движущей силой в достижении социальной справедливости, отбрасывали марксизм и становились социалистами-революционерами или эсерами. А те, кто считал, что народ дурют так и так, а он заслуживает жить, как ему угодно, не только без буржуазии и помещиков, но и без государства и политических партий любого оттенка, те присоединялись к анархистским группам.

Их общее мышление было, и остаётся, основанным на вере в то, что всё должно быть честно распределено. Для этого им приходиться полагаться на то, что ничего никогда не меняется, что производство и услуги остаются на одном уровне, что люди едят одну и ту же еду, имеют одинаковые вкусы, имеют одинаковое здоровье, одинаковое количество детей. Изобретательность и новые возможности придавливаются, чтобы не нарушить общее равенство. Революционеры не заметили, что для установления эгалитарного общества им придётся установить абсолютный, тоталитарный контроль над массами. Но мы забегаем вперёд!

Единственным, для кого это имело хоть какой-то практический смысл, было крестьянство. Невозможно равно разделить индустриальные отрасли и транспортные сети, оперные театры и футбольные клубы. Между тем существует средство производства, которое может быть равно и относительно справедливо поделено. Это земля. С крестьянством, как основной частью населения, вопрос передела земли стал решающим в России.
Были и люди, которые склонялись в правую сторону, предпочитая иметь больше демократии и меньше социализма. Но довольно о них!
И была ещё в России маленькая группа марксистов, которые вывели свой марксизм не от Маркса, а от другого европейского революционного идеолога, Луиса Августа Бланки.

Так, не отвлекайтесь, ребята, слухайте сюда! Этот деловой мужик Луис Август Бланки предложил, чтобы вместо всего этого бесполезного исторического развития и надуманных рабочих организаций всё, что революционеры должны сделать – это сформировать некую группу, составленную из правильных пацанов, и тётек, если таковые найдутся, чтобы захватить власть в стране. Тогда они смогут использовать всю силу государства и установить социализм, коммунизм или какой-нибудь ещё там «изм», популярный среди молодёжи сейчас. Ничего особенного и оригинального. Такое делалось столетиями. Но вот в этот раз захват власти будет исключительно в целях социальной справедливости и общей пользы. Ничего личного!

Все серьёзные социалисты любого направления посмеялись над этим, как люди обычно смеются, послушав радостно возбуждённого, но явно сдвинутого человека. Тут не было ничего научного или социалистического, поскольку сия странная идея не включала их любимое понятие «трудящиеся массы». Посему они продолжали организовывать эти массы.

До тех пор, пока один российский Дон Кихот, такой маленький и лысый с виду, не обнаружил, что если использовать эвфемизмы, те всё становиться приемлемым и оправданным. Что если мы назовём эту группу бланкистских заговорщиков «рабочей партией»? Только эта партия будет состоять исключительно из профессиональных революционеров. Что если эта партия останется марксистской в своей идеологии, но будет иметь военную, сверху-вниз структуру и будет управляться, как таковая? Она не оторвётся от трудящихся, о, нет, но станет их авангардом, который поведёт всё ещё революционно незрелые массы в светлое и праведное будущее. Нет, нет, нет, здесь нет никакой опасности диктатуры или практики, несовместимой с демократией, потому, что такая партия будет состоять исключительно из преданных революционеров без всяких личных корыстных амбиций. Нет, честное слово! Благородные и честные партийные вожди поведут профессиональную партию, партия поведёт класс сознательных пролетариев, которые в свою очередь поведут класс не особо сознательных крестьян. Если это не настоящая диалектическая демократия, то я даже не знаю! Некоторые могли бы сказать, что это больше смахивает на религиозный орден, но разве они что-то понимают? Так был создан прообраз структуры современной политической партии.

Звали этого мастера игры слов Владимир Ильич Ульянов, сценическое имя Ленин.

Так, давайте, не будем сразу же судить! Предположим, что вы знаете нечто, что поможет человечеству невероятно. Ну, не знаю, там, лекарство от рака или дешёвый вид горючего. Или новая политико-экономическая теория. Теперь предположим, что никто вам особо не верит, несмотря на то, что ваша идея должна идеально работать для всех. Или вы так считаете. Что бы вы делали с такой неблагодарной публикой? Вы могли бы, по примеру Свидетелей Иеговы, таскаться от двери к двери, страдая от оскорблений и насмешек. Или вы могли бы пропустить всё это пустое времяпровождение и сразу же залезть на самый верх. И тогда вы бы распространяли счастье на всех неверующих, ласково приговаривая: «Говорил же вам, дуракам!»

Для Ленина, который всё ещё ходил в Ульяновых, и его небольшой группе весёлых разбойников, марксизм был абсолютной, окончательной доктриной, по сути, религией, которая всегда и во всём права. Как сам Ленин и заявил, что «учение Маркса бессмертно, потому, что оно верно!» Вот и всё! И если у вас имеется единственное верное учение, всё что остаётся сделать – это оказаться в позиции власти и наступит счастье.

К ленинскому изумлению, большинство его друзей социал-демократов не оценили такого простого и убедительного логического построения. Они видели марксизм больше как научную теорию, которая могла подвергаться сомнению и меняться, в случае её доказанной ошибочности, как если бы она не являлась вечно правой и истинной. А может они были просто ссыкуны и предпочитали, чтоб история сама делала всю грязную работу за них, тех, кто осмеливался заявлять, что Маркс написал что-то помимо «Манифеста» и «Капитала», и марксизм заключался в большем, чем простая классовая борьба.

И наш Робин Гуд со своим партизанским отрядом решил начать бороться с наиболее опасным для его видения марксизма и революционной стратегии врагом – его приятелями, социал-демократами.

Во время второго, «объединительного» съезда Российской Социал-демократической Рабочей Партии, Ленин показал, что насколько сумасшедшими были его идеалы, настолько на практическом уровне он был настоящим мастером политической интриги, искусно строив козни и обидев такое количество товарищей, что, неизбежно, некоторые из них расстроились и сделали то, что российские социалисты, подобно павловским собакам, постоянно делали и делают. Они возмущаются и покидают помещение в знак протеста. Таким образом, ленинская группка меньшинства получила большинство, и с тех пор назывались «большевиками». Настоящее большинство стало «меньшевиками». И если это не имеет смысла, то подождите до конца всей этой истории.

После всей этой катавасии, Российская Социал-демократическая Рабочая Партия раскололась, и обе её части, медленно, но верно, стали расходиться дальше и дальше. Но печальным фактом было то, что все, включая самих российских социал-демократов, понимали, что ни меньшевики, ни, хи-хи-хи, большевики не имели ни малейшего шанса прийти к реальной власти, даже за тысячу лет. Их внутренняя драчка казалась не чем иным, как глупым и самодовольным теоретическим упражнением жалких неудачников.

Учитывая их подчеркнутую ориентацию на индустриальный пролетариат, социал-демократы не имели такого значения в преимущественно аграрной России, где эсеры и анархисты, с их склонностью время от времени кидать бомбы или подстреливать подвернувшегося полицейского или премьер-министра, казалось, представляли для системы реальную угрозу слева.

Единственными, кто имел настоящий шанс что-то изменить, были либералы Конституционно-Демократической Партии, или кадеты. У них имелась разумная программа, и они придерживались мудрости русской поговорки «худой мир лучше доброй ссоры». Кадеты были идеальной либеральной центристской партией, которой гордилась бы любая европейская страна. Именно поэтому в России 20-го века ни репрессивное правое царское правительство, ни агрессивные леваки с бомбами, никогда их не принимали всерьёз. Культура, подходящая для либеральных реформ и существовавшая за 50 лет до того, к 1900 году изменилась. Теперь общество считало себя готовым к немедленным, моментальным и, возможно, кровавым переменам.
1   2   3   4   5   6

Похожие:

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconВеликая Октябрьская социалистическая революция имеет для нашей страны...
Великая Октябрьская социалистическая революция имеет для нашей страны особое значение, поскольку именно в России свершилось это великое...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconЗакончена в 1945 году
...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconСочинение по заданному тексту это сочинение-рассуждение о смысле отрывка
Предлагаю 9-классникам и учителям в помощь при выполнении задания 2 экзаменационного теста эту памятку

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconСочинение
Великая Отечественная война. Эти слова болью и гордостью одновременно откликаются в сердце каждого жителя нашей страны. Болью потому,...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconНиколаева Олеся/ Библиотека Golden-Ship ru Современная культура и Православие
Прошло немногим более ста лет и как страшно изменился облик культуры, изменилось состояние душ и сердец! Где ныне "замечательное...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconУчебник по Html для чайников. Инструментарий. Ступенька 1-ая
Порядок прежде всего, поэтому перед началом работы мы создадим на нашем компьютере отдельную папку для будущей страницы

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconЗакон сохранения в политике
Говорят, что в стране продолжается латышская национальная революция. Национальной она была только по форме. По сути «песенная революция»...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconЯнвар ь
Котова Андрея, Котова Артема, Андреева Дмитрия, Румянцева Андрея, Бадалян Юрия. В упорной борьбе они переиграли команду ветеранов...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconДмитрия Зимина «Династия»
Настоящее Положение определяет порядок организации, проведения и определения победителей «Конкурса на организацию учебных курсов...

Великая Октябрьская Революция для Чайников Поэма в прозе Сочинение мистера Дмитрия Бергера iconВеликая Отечественная война: Оккупация. Страшные подробности
Великая Отечественная война принесла народам СССР не только огромные жертвы на фронте. Миллионы мирных жителей унесла развязанная...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница