2. наука и искусство как формы культуры




Название2. наука и искусство как формы культуры
страница1/5
Дата публикации24.06.2013
Размер0.52 Mb.
ТипДокументы
vbibl.ru > Философия > Документы
  1   2   3   4   5

http://antibotan.com/ - Всеукраїнський студентський архів

2. НАУКА И ИСКУССТВО КАК ФОРМЫ КУЛЬТУРЫ

Ж. Ж. РУССО

Как и тело, дух имеет свои потребности. Телесные потребности являются основой общества, а духовные его украшают. В то время как правительство и законы охраняют общественную безопасность и благосостояние сограждан, науки, литература и искусства — менее деспотичные, но, быть может, более могущественные — об­вивают гирляндами цветов оковывающие людей железные цепи, заглушают в них естественное чувство свободы, для которой они, казалось бы, рождены, заставляют их любить свое рабство и соз­дают так называемые цивилизованные народы. Необходимость воздвигла троны, науки и искусства их утвердили. Сильные мира сего, любите таланты и покровительствуйте их обладателям!

Цивилизованные народы, лелейте их. Счастливые рабы, вы им обязаны изысканным и изощренным вкусом, которым вы гордитесь, мягкостью характера и обходительностью нравов, способствующи­ми более тесному и легкому общению, словом, всеми внешними признаками добродетелей, которых у вас нет...

Наши души развращались, по мере того как совершенство­вались науки и искусства. Быть может, мне скажут, что это — не­счастье, присущее только нашей эпохе? Нет, милостивые государи, зло, причиняемое нашим суетным любопытством, старо, как мир. Приливы и отливы воды в океане не строже подчинены движению ночного светила, чем судьба нравов и добропорядочности — успе­хам наук и искусств. По мере того как они озаряют наш небосклон, исчезает добродетель, и это явление наблюдается во все време­на и во всех странах.

Взгляните на Египет, эту первую школу Вселенной... В этой стране родились философия и изящные искусства, и вскоре после этого она была завоевана...

Посмотрите на Грецию, когда-то населенную героями... Нарож­дающаяся письменность еще не внесла порчи в сердца обитате­лей этой страны, но вскоре за нею последовали успехи искусств, разложение нравов, македонское иго, и Греция — всегда ученая, всегда изнеженная и всегда порабощенная — отныне стала только менять своих повелителей. Все красноречие Демосфена не в состоянии было вдохнуть свежие силы в общество, расслабленное роскошью и искусством...

Вот каким образом роскошь, развращенность и рабство во все времена становились возмездием за наше надменное стремле­ние выйти из счастливого невежества, на которое нас обрекла вечная Мудрость. Казалось бы, густая завеса, за которую она скрыла от нас все свои пути, должна была бы указать нам на то, что мы не предназначены для пустых изысканий. Но есть ли хоть один ее урок, которым мы сумели бы воспользоваться, и хоть один урок, которым мы пренебрегли безнаказанно? Народы! Знайте раз навсегда, что природа хотела оберечь вас от наук, подобно тому как мать вырывает из рук своего ребенка опасное оружие. Все скрываемые ею от вас тайны являются злом, от которого она вас охраняет, и трудность изучения составляет одно из немалых ее благодеяний. Люди испорчены, но они были бы еще хуже, если бы имели несчастье рождаться учеными.

^ Руссо Ж Ж Рассуждения о науках и искусствах II Избранные сочинения:

В Зт.М., 1961. Т. I. С. 44-45. 47—48,52

И. В. ГЁТЕ

Выдающиеся люди шестнадцатого и семнадцатого веков были сами академиями, как Гумбольдт в наше время. Когда же знание стало так быстро возрастать, частные лица сошлись, чтобы соеди­ненными силами осуществить то, что стало невозможным для ин­дивидов. От министров, князей и королей они, по возможности, держались вдали. Как боролся против Ришелье союз французских ученых! Как противился английский и лондонский союз влиянию фаворитов Карла II!

Но так как это, в конце концов, случилось и науки почувство­вали себя государственным органом в государственном теле, по­лучив свой ранг в процессиях и других торжествах, то вскоре была утеряна высшая цель. Каждый «представлял» свою особу, и науки стали тоже щеголять в плащах и шапочках. В своей «Ис­тории учения о цветах» я обстоятельно разобрал подобные при­меры.

Науки в общем всегда удаляются от жизни и снова возвра­щаются к ней окольным путем.

Истинные мудрецы спрашивают, какова вещь сама в себе и в отношениях к другим вещам, не заботясь о пользе, т. е. о приме­нении к знакомому и необходимому для жизни. Это уж сделают совсем другие умы: проницательные, жизнерадостные, техни­чески изощренные и умелые.

Гете И. В Максимы и размышления //

Избранные философские произведения.

М., 1964. С. 364—365

^ А. ШОПЕНГАУЭР

Но какого же рода познание рассматривает то, что существует вне и независимо от всяких отношений, единственную действитель­ную сущность мира, истинное содержание его явлений, не подвер­женное никакому изменению и поэтому во все времена познавае­мое с одинаковой истинностью,— словом, идеи, которые представ­ляют собой непосредственную и адекватную объектность вещи в себе, воли? Это — искусство, создание гения. Оно воспроизводит постигнутые чистым созерцанием вечные идеи, существенное и пос­тоянное во всех явлениях мира, и, смотря по тому, каков материал, в котором оно их воспроизводит, оно — изобразительное искус­ство, поэзия или музыка. Его единственный источник — познание идей; его единственная цель — передать это познание. В то время как наука, следуя за беспрерывным и изменчивым потоком четверояких оснований и следствий, после каждой достигнутой цели направляется все дальше и дальше и никогда не может обрести конечной цели, полного удовлетворения, как нельзя в беге достиг­нуть того пункта, где облака касаются горизонта,— искусство, напротив, всегда находится у цели. Ибо оно вырывает объект своего созерцания из мирового потока и ставит его изолирован­но перед собой: и это отдельное явление, которое в жизненном по­токе было исчезающей малой частицей, делается для искусства представителем целого, эквивалентом бесконечно многого в прост­ранстве и времени; оттого искусство и останавливается на этой частности: оно задерживает колесо времени, отношения исче­зают перед ним, только существенное, идея — вот его объект...

Идеи постигаются только путем описанного выше чистого со­зерцания, которое совершенно растворяется в объекте, и сущность гения состоит именно в преобладающей способности к такому со­зерцанию; и так как последнее требует совершенного забвения собственной личности и ее интересов, то гениальность не что иное, как полная объективность, т. е. объективное направление духа в противоположность субъективному, которое обращено к собст­венной личности, т. е. воле. Поэтому гениальность — это способ­ность пребывать в чистом созерцании, теряться в нем и освобож­дать познание, сначала существующее только для служения воле,— освобождать его от этой службы, т. е. совершенно упускать из виду свои интересы, свои желания и цели, на время вполне сов­лекать с себя свою личность, для того чтобы остаться только чис­тым познающим субъектом, светлым оком мира, и это не на мгно­вения, а с таким постоянством и с такой обдуманностью, какие необходимы, чтобы постигнутое воспроизвести сознательным ис­кусством, и «то, что предносится в зыбком явлении, в устойчи­вой мысли навек закрепить»...

Обыкновенный человек, этот фабричный товар природы, какой она ежедневно производит тысячами, как я уже сказал, совершен­но не способен, по крайней мере на продолжительное и в полном смысле незаинтересованное наблюдение, что составляет истинную созерцательность: он может направлять свое внимание на вещи лишь постольку, поскольку они имеют какое-нибудь, хотя бы и очень косвенное, отношение к его воле. Так как для этого требует­ся только познание отношений и достаточно абстрактного поня­тия вещи (а по большей части оно даже пригоднее всего), то обык­новенный человек не останавливается долго на чистом созерца­нии, не пригвождает надолго своего взора к одному предмету, а для всего, что ему встречается, ищет поскорее понятия, под кото­рое можно было бы это подвести, как ленивый ищет стула, и затем предмет его уже больше не интересует. Вот почему он так скоро исчерпывает все: произведения искусства, прекрасные создания природы и везде многозначительное зрелище жизни во всех ее сце­нах. Но ему некогда останавливаться: только своей дороги в жизни ищет он, в крайнем случае еще и всего того, что может когда-нибудь сделаться его дорогой, т. е. топографических заметок в широком смысле этого слова; на созерцание же самой жизни, как таковой, он не теряет времени. Наоборот, гений, чья познава­тельная сила в своем избытке на некоторое время освобождается от служения его воле, останавливается на созерцании самой жиз­ни, стремится в каждой вещи постигнуть ее идею, а не ее отношения к другим вещам: вот почему он часто не обращает внимания на свой собственный жизненный путь и потому в большинстве слу­чаев проходит его довольно неискусно...

Понятие отвлеченно, дискурсивно, внутри своей сферы совер­шенно неопределенно, определенно только в своих границах, дос­тупно и понятно для каждого, кто только обладает разумом, мо­жет быть передаваемо словами без дальнейшего посредничества, вполне исчерпывается своим определением. Напротив, идея, кото­рую можно, пожалуй, определить как адекватную представитель­ницу понятия, всецело наглядна и, хотя заступает место бесконеч­ного множества отдельных вещей, безусловно определенна: ни­когда не познается она индивидуумом, как таковым, а только тем, кто над всяким хотением и всякой индивидуальностью поднялся до чистого субъекта познания: таким образом, она доступна толь­ко гению и затем тому, кто в подъеме своей чистой познаватель­ной силы, вызываемом большей частью созданиями гения, сам обрел гениальное настроение духа; поэтому она передаваема не всецело, а лишь условно, ибо постигнутая и в художественном творении воспроизведенная идея действует на каждого только в соответствии с его собственным интеллектуальным достоинст­вом,— вот отчего именно самые прекрасные творения каждого искусства, благороднейшие создания гения для тупого большинст­ва людей навеки остаются книгой за семью печатями и недоступ­ны для него, отделенного от них глубокой пропастью, как недоступ­но для черни общение с королями...

Музыка. Она стоит совершенно особняком от всех других. Мы не видим в ней подражания, воспроизведения какой-либо идеи существ нашего мира; и тем не менее она такое великое и прек­расное искусство, так могуче действует на душу человека и в ней так полно и глубоко им понимается в качестве всеобщего языка, который своею внятностью превосходит даже язык наглядного мира, что мы, несомненно, должны видеть в ней нечто большее, чем exercitium arithmeticae occultum nescientis se numerare animi*, как определил ее Лейбниц...

Мы должны приписать ей гораздо более серьезное и глубокое значение: оно касается внутренней сущности мира и нашего, и в этом смысле численные сочетания, на которые может быть све­дена музыка, представляют собой не обозначаемое, а только знак. Что она должна относиться к миру в известной мере как изобра­жение к изображаемому, как снимок к оригиналу, это мы можем заключить по аналогии с прочими искусствами, которым всем свойствен этот признак и с действием которых на нас действие музыки однородно, но только более сильно и быстро, более не­избежно и неотразимо. И ее воспроизведение мира должно быть очень интимным, бесконечно

* — скрытое арифметическое упражнение души, не умеющей себя вычислить

(лат.).— Ред.

верным и метким, ибо всякий мгновен­но понимает ее...
  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

2. наука и искусство как формы культуры iconСодержание дисциплины «Концепции современного естествознания» Раздел Наука как часть культуры
...

2. наука и искусство как формы культуры iconПедагогика как наука. Объект педагогики. Взаимосвязь педагогики с...
Педагогика – наука о воспитании и обучении человека, его формировании как личности. Педагогика изучает сущность, закономерности,...

2. наука и искусство как формы культуры iconДоклады на семинаре «Философские проблемы медицины»
Фахрутдинова: Медицина как наука и искусство, теория и практика. Объект и предмет медицины. Специфика медицины как науки

2. наука и искусство как формы культуры icon01. Предмет психологии. Структура психологической науки. Практическая...
Психология наука о закономерностях развития и функционирования психики как особой формы жизнедеятельности пси – наука о психике,...

2. наука и искусство как формы культуры iconМежду социологией культуры и социологией погромов: изучая активистское...
Доклад будет посвящен анализу методологических проблем, с которыми сталкивается социолог, изучающий активистское искусство, которое...

2. наука и искусство как формы культуры iconНиколаева Олеся/ Библиотека Golden-Ship ru Современная культура и Православие
Прошло немногим более ста лет и как страшно изменился облик культуры, изменилось состояние душ и сердец! Где ныне "замечательное...

2. наука и искусство как формы культуры iconТемы для подготовки к экзамену Статистика как наука. Предмет статистики
Статистическое наблюдение: определение, задачи, формы и виды статистического наблюдения

2. наука и искусство как формы культуры iconТемы для подготовки к зачету Статистика как наука. Предмет статистики
Статистическое наблюдение: определение, задачи, формы и виды статистического наблюдения

2. наука и искусство как формы культуры iconТемы для подготовки к экзамену мзс-10 Статистика как наука. Предмет статистики
Статистическое наблюдение: определение, задачи, формы и виды статистического наблюдения

2. наука и искусство как формы культуры iconМир через искусство и культуру
Делегация из Дагестана была одна из самых представительных. В самом центре Москвы, в фойе кремлевского зала, образовался   островок...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница