Дневник на салфетках




Скачать 442.7 Kb.
НазваниеДневник на салфетках
страница2/5
Дата публикации09.05.2013
Размер442.7 Kb.
ТипДокументы
vbibl.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5

^ День третий. После ужина. Седьмая салфетка.

Сегодня на ужине произошла драка. Я попал в одну смену с Раввинчиком и Чеченом. Раввинчик что-то сказал, ни к кому не обращаясь, после чего Чечен незамедлительно ударил его в глаз. Как ни странно, Раввинчик ответил тем же и даже послал противника в нокдаун (что это может значить?). Прибежали охранники и разняли. Теперь у Пейсатого разбит глаз, Чечен отделался ссадиной на щеке. В начале драки закричал Алдан. Оказывается, у него высокий и громкий голос. Его тоже охранники увели - успокаивать и пока не привели обратно. Серьезная истерика у парнишки. Испугался мордобоя. Не маленький. Должен был их видеть. Кажется, дети решают проблемы кулаками и до первой крови. Взрослые предпочитают менее видимые способы. Но менее ли они болезненные? Не помню.

Интересно, из-за чего они дрались? Как будто невозможно договориться. Обсудили с соседями. Постепенно вспомнилось, что евреи, как Боря, с чеченами всегда воевали. Непонятно, правда, почему они говорят по-русски. Впрочем, никаких других языков не помню. Хотя, несомненно, они были. Тенгиз утверждает, что грузинский язык очень красивый, но ни одного слова, кроме "чешмаритад агхсдга", не помнит. Как нас ударило, чтобы позабывали родные языки! Может, взрыв: ядерный или другой, после которого памяти и поотшибало? Петя рассказал, что это называется контузия, и он однажды был контужен. Но не помнит где.

Хорошая компания собралась в конце пятого блока. Интересная, весёлая. Может, скоро станет ясно, как мы здесь очутились. Хотелось бы. Пока сидим по камерам и пытаемся разговаривать. Очень трудно. Тем почти нет, и слов немного. Впрочем, мы только вчетвером и общаемся: остальные соседи в беседы не вступают. То ли нечего сказать, то ли беседы не интересны.

Сколько мне лет? Петя говорит, что двадцать пять, Тенгиз и Профессор, что двадцать два. Имеет ли это значение? Вероятно, да. Но чисто конкретно академическое: сколько лет забыл. Неужели забыл абсолютно все? Необходимо стараться вспомнить все. Или хотя бы попробовать.

^ Ночь третья.

Меня разбудили голоса охранников в коридоре. Алдан покончил жизнь самоубийством. Ему дали успокоительное и оставили без присмотра. Он съел всю пачку. Откачать не успели. Какой кошмар. Восемнадцати лет парнишке на вид не было.

^ День четвертый. После завтрака. Восьмая салфетка.

Снова согнали всех. Выступил начальник. Попросил почтить минутой молчания память Алдана Караванова. Оказывается, у него была смертельная болезнь - спит. Я думал, что это только в Африке мухами разносится. Вот почему он был малоподвижным и неразговорчивым.

(Сейчас перечитал написанное и понял, что я - дурак. Разумеется, СПИД! Страшная болезнь века. Хорошо, что вспомнил - потом было бы стыдно перечитывать. Хм…Я планирую это перечитывать?)

У Тенгиза - новая идея. Он считает, что у нас нет памяти, поскольку мы ещё не родились. Мы - души младенцев, которые пока не вселились в тела, но каждый знает свою судьбу, и выглядит для других соответствующим образом. Алдану настала пора родиться, и он покончил жизнь самоубийством для перехода в жизнь. Чтобы жить, надо умереть - интересная мысль. Профессор сказал, что у гипотезы множество слабых мест, но отказался их называть. Говорит, их и так видно. Мне пока нет. Разве что: почему мы выглядим на разные возрасты: от очень юного Алдана до старика Николая?

Обратил внимание, что на каждой салфетке очень много знаков вопросов. Спросил у Тенгиза, что он думает. Он просмотрел свой дневник и сказал, что пользуется многоточиями. Петя, как выяснилось, вообще без знаков препинания (о! вспомнил!) обходится. Впрочем, подозреваю, что он не очень хорошо пишет - язык у него бедный даже по нашим меркам. Хотя именно он постоянно придумывает прозвища.

Постоянно роюсь на свалке памяти в попытке отыскать новые старые слова. Точнее, это свалка беспамятства. Нет, это поиск золота в пустыне: пробую звукосочетания на слух, чтобы понять, существуют ли они на самом деле. Сегодня вспомнил пантограф, белка, чемпион, гитара, стан. Иногда получаются очень забавные слова, которых на самом деле нет: онжуалом, перкетуте, пиар. Или же они есть, но никто вокруг не помнит их названия. Лизинг, как сказал Петя, существует.

Выяснилось, почему Чечен ударил Раввинчика. Тот сказал, что все еврейки - шлюхи (нам потребовалось минут десять на расшифровку фразу), а Умар вдруг вспомнил, что его первая жена была еврейкой и решил заступиться за её честь. Все стало ещё запутанней. Воевали ли чечены с евреями? Если да, то почему они женились друг на друге. Если нет, то с кем же они воевали? И за что Раввинчик не любит евреек?

Профессор сказал, что мы - странные люди в странном месте. По его словам, любые другие мужчины начали бы обсуждать женщин. Но мы уже пытались вчера говорить о них и ничего не вспомнили. Как говорить о том, чего не помнишь. Не знал, не знал и забыл? Расспрошу Раввинчика и Чечена о женщинах: они, наверняка, помнят больше. Петя уверяет, что каждый из нас знал, как минимум, одну женщину в жизни - свою мать. Я не смог вспомнить и расстроился, а Тенгиз просто взбесился и стал кричать, чтобы ему вернули память о маме. Он кричал около получаса, растревожил весь наш отсек. Многие требовали заткнуться или кричали о его матери, но кое-кто его поддержал. Потом пришли охранники и пригрозили, что с нами будет то же, что с Алданом.

Тенгиз замолк, но вскоре снова начал громко говорить. Слова охранников ("вертухаев", как их сегодня называет Петя) означают, что Алдана убили. И мы точно в тюрьме ФСБ. Он перешел на шёпот и предложил устроить бунт: захватить начальника в заложники, а в обмен на его освобождение потребовать выхода на волю. Профессор сказал, что у Тенгиза болезнь, название которой он забыл, и предложил мне вспомнить. Она на букву "П". Постараюсь.

Меня, кстати, в шутку стали называть Шурик Пи. Почему именно на эту букву большинство слов, которые я вспомнил, - не знаю. Так получается. А Пи - нерусское название буквы "П". Непатриотично, но так назвали.

^ День четвертый. После ужина. Девятая салфетка.

После обеда не хотелось писать. Кормят не особенно вкусно, но до отвала. Сегодня был вареный рис с грибами и бобами. Никакого ощущения от еды не остается, но и чувства голода нет.

Приходил начальник, мы сделали по одному ходу. Я пошел конем на f3, а он пешкой на e6. По его словам, мы играем новоиндийскую защиту. Непонятно, но я не стал ждать объяснений.

Тенгиз устроил скандал. Требовал рассказать всё и сейчас. Он тяжело переживает забытье. Но начальник сказал примерно следующее:

  • Не думаю, что воспоминания помогут вам. Скорее наоборот. Поверьте, иногда ничего не помнить - лучше, чем помнить даже часть, не говоря уже обо всем. Память - мерзкая штука. То яблоко было скорее с Дерева Воспоминания.

Тенгиз возмутился, начал спорить, но ничего не добился. Волл сделал ход и ушёл. После чего Тенгиз затих в камере и лишь изредка вздыхал. Его всё очень сильно расстраивает. Я переживаю куда легче. Если не помню - значит вспомню. Надеюсь.

Кстати, Тенгизова болезнь: паранойя. Петя спросил, что за пара была у Ноя, но никто, кроме него, этого человека не знал. Может, первым этой болезнью заболел или первый её вылечил.

Параграфы (о!) получаются всё короче. Вероятно, неписательское настроение. Но я настроился: ни дня без строчки. Если расслаблюсь - потеряю надежду на воспоминания.

^ День пятый. После ужина. Десятая салфетка.

Куча всего произошло, поэтому не записывал. Слишком много мыслей и слов скопилось.

Итак, сначала. Ночь была беспокойной и бурной. Самоубийство Алдана потревожило очень многих неуравновешенных, и еще четверо покончили с жизнью. К счастью, никого в нашем отсеке и никого из них не знал. Но грустно. Тенгиз утверждает, что незнание прошлого ведет к самоубийству: человеку нечего хранить, и он не знает, к чему стремиться. Профессор говорит, что это подражательные попытки протеста: у всех слабых духом теперь появился пример и идол для поведения. Петя пытается что-то вспомнить и говорит, что вот-вот должна всплыть в памяти история по этому поводу.

Далее. Ворон, Арменикум и ещё трое из четвертого отсека подстерегли в зимнем саду Чечена и напали на него. Они с Раввинчиком с трудом отбились до прихода охранников. Душману, кажется, сломали руку, а Боре разбили губу. Он ходит заклеенный пластырем (да сколько их из меня лезет - этих слов на "п"!). Как выяснилось, нападавшие весь вчерашний день просили Чечена и Раввинчика рассказать про женщин. Те отказывались: это их личные воспоминания. Их пытались купить несколькими порциями кормёжки, а когда не сработало, постарались избить. Не особо получилось, но прецедент пугает. Неужели люди будут драться за воспоминания и делить чужую память? Нас не так много, чтобы еще из-за этого разборки устраивать.

В ходе обсуждения мы выяснили, что никому не снятся сны. Мы даже у Антона Антоновича и Иннокентия выясняли - не снятся. Не уверен, что они мне снились раньше, но непорядок. Почему мы засыпаем и просыпаемся, словно этого времени не существует? Тенгиз подтверждает этим гипотезу о "Виртуальной Реальности", но мы продолжаем ему не верить. Даже факт (сегодня обратили внимание), что у нас не растут волосы, борода, ногти и мы не потеем (хотя и справляем физиологические надобности сразу после каждой прогулки), который он приводил, как доказательство, никого не убедил. Подозреваю, что понимай мы больше, что эта реальность означает, - было бы легче с ней смириться. Виртуальность пребывания не исключена, но почему так, а не иначе - неясно. Должны же быть причина или повод?

К нашей беседе присоединился Некто Иннокентий. Очень странный человек: вечно растрепанный, вечно жующий листики, оборванные с кустов зимнего сада, с дергаными движениями и визгливым голосом. Он подошел к нам с Петей во время прогулки после ужина и сказал, глотая половину звуков и причмокивая:

  • Почему вы уверены, что именно эта реальность - виртуальна? Может, именно она – реальна, а наши воспоминания придуманы. Я вот помню, - на этих словах он наклонился, чтобы никто не слышал, - что в моём доме были булочная и мастерская по ремонту зонтов. Но кто сказал, что это реальнее, чем охранники и шахматная партия? Никто. Вот и я о том.

Ещё одна безумная версия. Но опровергнуть нельзя. Нужно ли? Пора спать. Да, ходы: c4 b6.

^ День шестой. Перед завтраком. Снова девятая салфетка.

Тенгиз отказался от завтрака и прогулки. Говорит, ему надо побыть в одиночестве и подумать. Просит передать начальнику, что хочет с ним побеседовать подольше сегодня после обеда. Его тянет на философию и рассуждения о смысле нашей жизни здесь. Как будто нельзя просто жить. Мы слишком много думаем и слишком мало знаем, что с нами было до и что будет после. Впрочем, это его голова и не мне в нее вмешиваться.

Занялся рисованием на салфетках. Пока, кроме фигур и попыток портретов соседей, ничего не получается. Может, попробовать просто рисовать буквы? Какой-то художник рисовал ягненка в ящике. Попробую вспомнить, как они выглядят, и нарисую их после обеда. Но бумаги в камере становится все больше - придется выкидывать.

^ День шестой. После ужина. Одиннадцатая салфетка.

Решил записывать события каждого дня вечером - чтобы не тратить зря время.

Ещё два самоубийства. Один - старик Николай. Он был значительно старше любого из нас, выглядел очень больным, но никогда ни на что не жаловался. Почему же он решил покончить с жизнью? Почему вообще люди на это решаются?

Начальник призвал нас не поддаваться депрессии и агонии и не следовать их примерам. Хотя, по его словам, право на смерть - наше неотъемлемое право и никто не может его забрать. Если кто-то решает покинуть эти гостеприимные стены (его слова, вызвавшие у нас смех) таким образом, он не в силах тому воспрепятствовать. Похоже, ему безразлично, что заключенные умирают. Неужели нет никого над ним? Или это действительно эксперимент, и они следят за нашей реакцией?

Тенгиз после завтрака долго с ним разговаривал и даже сделал четыре хода вместо положенного одного. Волл говорил, что это невозможно и ставит его в привилегированное (ещё одно слово на "п") положение, но делал ответные ходы. Большую часть времени они посвятили обсуждению того, что с нами делают и почему именно мы и именно здесь. Точнее, Тенгиз выдвигал наши идеи и предположения, а начальник говорил: "Нет, это не совсем так". Идею Некто Иннокентия он назвал обобществленным солипсизмом. Тенгиз спросил, что такое солипсизм. Ответ был: "Крайне сопливая философия". Мы потом передали это Некто Иннокентию, на что он обиделся. Я бы тоже обиделся. В разговоре со мной Волл объяснил, что эта философия подразумевает, что весь мир существует только в нашем воображении и стоит нам выйти из комнаты, как она исчезнет. По его словам, единственная философская система, которую логикой опровергнуть невозможно.

Я не такой опытный шахматист, как Тенгиз, поэтому решился только на один ход. Пешкой на g3, на что он ответил слоном на a6. Пока на доске ничего непонятно.

На вечерней прогулке поговорил с Умаром. Он жутко подозрителен: боится, что все хотят узнать его воспоминания. С трудом убедил, что мне это не нужно. Просто было интересно, почему он вначале ударил Раввинчика, а потом дрался с ним плечом к плечу. Он пробормотал невразумительно, а потом сказал, что их объединяют общие воспоминания, точнее, наличие хоть каких. Неужели никто, кроме них и Иннокентия больше ничего не вспомнит?

Выписываю на отдельную салфетку слова, чтобы попытаться понять, кем же был (если кем-то был) до попадания сюда. Но ничего пока не получается. Уйма самых разных слов, из которых не составить связного текста. Думаю показать этот листок Воллу и упросить его сказать, кто я. Надоело быть Шуркой Пи.

Сегодня вечером третий блок объявил голодовку - требует рассказать правду о том, кто мы такие. Заводила там - Володя Маленький: невысокий, лысоватый человек с тихим голосом. Его называют Президентом и ещё как-то, тоже на П. Охранники угрожают кормить насильно, начальник пока не появлялся.

Мы обсуждали, не стоит ли поддержать их требования, но к общему решению не пришли. Требования Тенгиза поговорить с начальником были удовлетворены и что? Выслушал, но ничего не сказал. Тенгиз говорит, что готов присоединиться к голодовке, если его поддержат. Стоит ли? Начальник и глазом не моргнёт, если мы все передохнем - как он реагировал на самоубийства, к примеру. Впрочем, массового самоубийства ещё не было, и реакцию трудно предсказать.

Последние ночи трудно сплю. Хочется увидеть сон, хоть какой-нибудь. Страшно просыпаться утром с ощущением полной пустоты в голове. Может, просто не запоминаю? Но почему настолько сильно хочется их увидеть? Спросить совета, кроме как у начальника, не у кого, и это печально. Охранники говорят только несколько фраз: "На кормёжку", "На прогулку", "По камерам". Все переговоры ведут их офицеры. Может они не люди, а роботы? Кажется, это существа, похожие на людей, но сделанные из других материалов.

Спросил Тенгиза, но тот сказал, что это лишнее подтверждение идеи Виртуальной Реальности – они просто программы (не знаю, что это). Он ничего, кроме своей виртуальности, и слышать не хочет. Все подгоняет под неё. Понимаю, хорошая теория, но нельзя же ею объяснять все подряд.

Попытаюсь заснуть. Некто Иннокентий (мы с ним всё больше общаемся, иногда даже перекрикиваемся через камеру Антона Антоновича) посоветовал считать овец. Я не помню, как они выглядят, но что-нибудь придумаю. Кстати, ягненка в ящике тоже не вспомнил и не нарисовал.

^ День седьмой. После вечерней прогулки. Двенадцатая салфетка.

На завтрак отказался выйти второй, часть первого и несколько человек из четвертого блоков. На обед - почти весь четвертый, почти весь первый, несколько человек из нашего. В итоге гуляли после обеда очень небольшой компанией. Голодовка - основная тема обсуждения. Принимать в ней участия не хочется - она бессмысленна. Все передают слова Володи Маленького: "Лучше умереть с голода, чем быть подкармливаемым преступниками". Раньше все ощущали преступниками себя - а иначе, почему мы в тюрьме. После этих слов многие поменяли мнение на обратное. Как просто людей убедить. Ведь никто ничего не знает.

День сумбурный. Из-за голодовки все разговоры скатывались только на неё и на Володю Маленького. Профессор сказал, что он - популист (это слово я ему подсказал, дня три назад вспомнил) и ему нужно только ощущение власти над людьми. Петя возразил, что Володя вполне может верить в свои методы, только не понимает, что этим ничего не добьешься. Впрочем, как добиться от Волла правды не знает никто. Петя придумал ему кличку: Маньяк Шахматный. Мы теперь только так и называем.

Ужина не было. Хотя мы не объявляли голодовку, но оказалось, что таких только двадцать человек. Повар, как сказал охранник, отказался готовить на такое малое число людей. Интересно, почему мы должны страдать из-за идей, которые не разделяем.

Маньяк после обеда был очень взволнован, во всяком случае, выглядел так. Он не заходил в камеры к голодающим, а к нам в камеры заходил с охранником. Боится народного гнева. Тенгиз сделал два хода, я тоже осмелился и решил не тянуть время. Пешка на b3, его слон на b7, мой слон на g2. Тут я совершил ошибку, и он незамедлительно ею воспользовался, поставив шах слоном на b4. Пришлось закрываться слоном на d2 и атаковать его слона. Он пошёл пешкой на c5, и я задумался. Не готовит ли ловушки?

Интересна позиция Антона Антоновича. Он старательно расставляет фигуры, чтобы проиграть побыстрее. Какой от этого толк - не знаю, посмотрим, что у него получится. Интересно, голодают ли те, кого он убедил, что стоит быстрее проиграть?

Зато вспомнил, как выглядят овцы. Сегодня посчитаю. Перепроверил у Профессора: он говорит, что правильно, но не уверен, что у всех них на спине на шерсти звезда черного цвета. Ещё он сказал, что ягненок - это маленькая овца. И если ягненка не успевают принести в жертву, то он вырастает в овцу. Принесение в жертву - это помещение ягненка в ящик? Не уверен, но мы не вспомнили, что это такое. Тенгиз сказал, что мы все ягнята, в таком случае, - нас заперли в ящике. Жертвы чего? И кому нас приносят?

^ День восьмой. Перед завтраком. Тринадцатая салфетка.

Хорошо спал. Овцы Иннокентия помогли. Правда, не все хотели прыгать: некоторые крупные, с рогами неподвижно стояли и смотрели поперёк сна. Звезда была только у одной из них. Самой большой и красивой. Сны не снились, хотя…может, овцы и были сном?

^ День восьмой. После ужина.

Сегодня происходило "великое переселение" народа. Всех не голодающих после завтрака перевели в наш отсек. Начальник извинился, что нас вчера лишили ужина без всякой причины, и сделал выговор повару в нашем присутствии. Не голодает двадцать три человека, в их числе Раввинчик и Чечен. Надеюсь, в отсеке станет интереснее.

Мы слышим проклятия и обвинения в предательстве из других отсеков, но это не имеет значения. Некоторые (подначиваемые Антоном Антоновичем) отвечают голодающим тем, что обсуждают громко и смачно кормежки. Как они объясняют: чтобы у тех слюна вырабатывалась. Я такой логики не понимаю, но некоторым людям доставляет удовольствие знать, что другие мучаются. Причём Антон Антонович первым объявил голодовку и вытребовал себе отчество. Теперь ругает бунтовщиков и говорит, что они занимаются ерундой.

Начальник играет только с нами, в остальные отсеки и носу не кажет. Антон Антонович злорадствует, что чем меньше он с ними играет, тем позже они отсюда выйдут. Его группа - человек десять - обсуждает уже, что будут делать, когда проиграют господину Воллу (они о нём отзываются исключительно уважительно). Они все перевозбуждённые. Почему надо проиграть, а не постараться выиграть?

Чечен ходит грустный, пытается вспомнить больше. Он пока единственный, кто может хоть что-то рассказать. Он помнит, что у него была жена Марина, она с ним развелась много лет назад и уехала с сыном в Израиль. Израиль - место, где жил Боря. Он говорит, что родился не там, а в другом месте и поэтому говорит по-русски. Почему еврейки - шлюхи, не уверен, но думает, что тоже из-за жены. С Чеченом они помирились, и теперь друзья не разлей вода.

Только что случилось Событие. Тенгиз начал вспоминать грузинский: сразу с три десятка фраз. Теперь радостный пытается вспомнить большее. Боря мучается с ивритом - еврейским языком, но помнит очень мало, как и Умар чеченского. Но процесс пойдёт, раз уж Тенгиз начал и углубил.

Не писал о нашей одежде. Кажется, будь это тюрьма, то на нас были бы полосатые одежды. Но они белые: свободные рубахи и плотно сидящие на поясе штаны без ремня. На ногах - белые же тапочки. Профессор спрашивал Маньяка насчет свежего постельного и нижнего белья, тот уточнил - зачем, если он не потеет. Профессор замялся, сказал, что привык, но начальник сказал, что привычки лучше забывать, не то мозги костенеют. Впрочем, мы и так уже очень много забыли.

Да, ещё одна беседа произошла сегодня забавная: Боря выспрашивал начальника, еврей ли тот. Волл, по традиции, не говорил ни нет, ни да. Больше всего мне понравился его ответ: "У моего отца много детей, и некоторые из них, безусловно, евреи". Боря от такого ответа пришел вначале в бешенство, затем успокоился. Чечен говорит, что они это уже три дня обсуждают без результата. Не понимаю, какая Раввинчику разница, начальник еврей или нет. Мы все под одеждой одинаковые. Я так и сказал, но он ответил, что не совсем - они с Умаром кое-чем отличаются, но в подробности вдаваться не захотел.

На шахматной доске разменяли слонов: я взял того, что стоял на b4, а начальник пешкой съел моего. Он старается захватить черные поля. Я сделал рокировку, он ответил тем же. Пошел конем на d2, он пешкой на d6. На том и разошлись. Начальник похвалил игру, сказал, что видит интересное развитие событий, но все зависит от моей решительности и умения видеть все фигуры разом. Впрочем, Тенгиз говорит, что ему он комплименты тоже делал, и Профессору. Интересно, а Антону Антоновичу с его нацеленностью на быстрое поражение?

Некто Иннокентий сегодня удивил: попросил второй день на размышление. Как будто одного мало. Он очень заторможен. Ходит медленно, заканчивает есть последним, часто смеется невпопад. Петя говорит, что он - наркоман и неизвестно, что за листики он жует постоянно. Может, коку. Не знаю, что такое кока (черный напиток, кажется, но не чай), но Некто Иннокентий действительно отстает от хода событий. Спросил, почему к его имени прибавили "Некто", но он засмеялся и продолжил свой неспешный ход. Подошел ко мне только на следующий день и сказал, что в первый день пребывания он говорил о себе в третьем лице и не иначе как "некто". "Некто хочет кушать. Некто просит передать кусок хлеба". Лишь к вечеру второго дня вспомнил, что его зовут Иннокентий. Оттуда и пошло. Он попал сюда за два дня до меня. После меня один Тенгиз: я очутился здесь (как - не помню, хотя это было совсем недавно) к обеду, а он после ужина.

Вроде ничего не происходило, а затянулось на две салфетки. Надо писать экономнее.

^ День десятый. После завтрака. Пятнадцатая салфетка.

Писать не хочется, но надо. Вчера вообще ничего не мог записать.

Итак, Антон Антонович сотоварищи проиграли господину Воллу. Их было двенадцать человек (оказалось, некоторые голодавшие тоже старались проиграть побыстрее). Это произошло после обеда, а ближе к ужину их одного за другим вызывали в кабинет к начальнику. Не знаю, что он говорил - никто по возвращении не сказал ни слова, но в течение ночи и утра все они покончили жизнь самоубийством. Антон Антонович повесился на собственных штанах, другие ещё как-то. Один заколол себя ножом прямо за завтраком, на глазах у всех нас. Почему? Никто не знает. Володя Маленький обвиняет из своей камеры (он говорит соседям, а те кричат всем) начальника в убийствах. "Слово страшнее пистолета", таков его лозунг на сегодня. К требованиям голодающих добавилось еще рассказать настоящие причины самоубийств. Начальник сохраняет спокойствие и продолжает игнорировать отсеки бунтовщиков, а нам говорит, что долго без еды они не продержатся. Некоторые уже просят охранников принести воды, но третий отсек - заводилы - продолжает держаться на сухой голодовке.

В камеру Антона Антоновича поселили Раввинчика, а Чечена - в камеру Алдана. Вечная дискуссия, где мы, дополнилась гипотезой Раввинчика, что это Шеол (не знаю, как писать - с большой буквы или маленькой?). Он говорит, что это пустое и безвидное место, куда попадают после смерти. Идея настолько легко опровержима, что даже Иннокентий рассмеялся, когда услышал. Как могут быть самоубийцы после смерти? Как могут быть в пустом месте охранники и в безвидном - зимний сад? Мы не в Шеоле. Но где?

Я пошёл ферзем на c2, он конём на c6. Кажется или он действительно вызывает огонь на себя? Но на всякий случай пошёл пешкой на e4, он её остановил пешкой на e5, угрожая моей пешке на d4. После чего я взял день на раздумывание. Тяжело играть: больше минуты над ходом не думает. Иннокентий с Тенгизом обсуждали, применяет ли он для игры компьютер. Поднапрягся и вспомнил, что такое "компьютер": на нём можно печатать тексты, играть в игры и писать письма.

Ещё Иннокентий сказал, что Маньяк может быть сам компьютер. Вернулись к разговорам о Виртуальной Реальности, точнее Тенгиз снова стал её проповедовать. Как он всем нам надоел.

Глядя на дневниковые записи, пытаюсь понять, куда девается время. Вроде всё произошедшее стараюсь отразить, но получается, не так много происходило. Что же делаю остальное время? Сплю немного, в основном, по ночам и изредка после обеда. Но ни ощущения скуки и безделья, ни ощущения занятости нет. Вообще эмоций очень мало. Или эмоции есть, только когда есть время?

Профессор сказал, что Маньяк убил для всех нас время. Его просто не существует. Мы привыкли к включению и выключению света, к созывам на кормёжку, а реальное время забыли, как и многое другое. Профессор соглашается с призывами Володи Маленького и, кажется, хочет присоединиться к голодающим. Стоит ли? Но это его дело. Здесь, как в шахматах, каждый сам за себя. Мы не помогаем друг другу, не обсуждаем ходы и стратегии. Почему? Начальник не запрещал советоваться с другими. Неужели видим в соседях соперников, а не соратников? Трудно сказать, даже за себя не могу ответить.

Как вообще отношусь к соседям по блоку? Как к друзьям? Вряд ли. К товарищам по несчастью? Несчастлив ли я - возникает следующий вопрос. Пожалуй, нет. К случайным знакомым? Но нас слишком многое объединяет.

Сегодня обилие вопросов, на которые не нахожу ответа. Не за этим ли мы все здесь оказались: спросить себя, а кто мы собственно такие? Философия с метафизикой пошли.

Кстати, овцы все ещё прыгают по вечерам. Иннокентий говорит, что у него тоже прыгают, но вяло и медленно. Еще он признался, что сочиняет стихи. Это называется "поэт". Я попросил его прочитать, но он застеснялся и пообещал как-нибудь потом. Печально, что не помню, как стихи выглядят.

Пишу уже совсем мелким почерком: салфетка заканчивается, а больше нет. Забыл взять на завтраке.

^ День десятый. После ужина. Шестнадцатая салфетка.

Постарался сосредоточиться на доске. Долго смотрел на пешки, пытаясь понять их роль в партии. Крутилась мысль: в чьей партии пешка я? - но усилием воли гнал ее. Свою роль она всё же сыграла и кроме ходов пешками, "солдатами удачи", у меня ничего не придумалось.

Мы разыгрались - четыре хода за один день. Волл уже не возмущается сокращением времени на раздумье. Я двинул вперед ферзевую пешку, угрожая его коню, он отвел его на b8, я решил открыть ладью, шагнув на a3, после чего он ухмыльнулся и чесал нос в течение полуминуты. Вероятно, этого хода он не ждал, но взял мою жертву пешкой с вертикали b. Я надеялся на это и тут же двинулся по этой вертикали второй пешкой. Он постарался перехватить инициативу на фланге выдвиганием пешки на а5, на что я повел пешечную атаку на поле - с6. Он решил развить коня на a6, после чего я взял тайм-аут до завтра. Защиту его подрываю, а дальше-то что. Впрочем, сегодня ему требовалось куда больше времени на размышления. Ай да Шурка, ай да сукин сын!

Кстати, у Иннокентия дела, похоже, плохи. Они сделали по два хода, после чего Иннокентий закричал не своим голосом и начал обзывать себя дураком и идиотом. Поговорю с ним, предложу свою помощь. Пора нарушать традицию молчания. В конце концов, наш единственный противник - Маньяк. Что случается с проигравшими, мы все прекрасно знаем. Впрочем, что случается с выигравшими, мы можем только догадываться. Пока таких случаев не было.

Очевидно, у большинства соседей сложились сложные ситуации на доске - после обеда все молчали, во время ужина почти не говорили, да и сейчас тихо.

Боря очень переживает, хотя и тихо. Они весь ужин шептались с Чеченом, рисовали на салфетках. Похоже, эта парочка нарушила негласное правило и помогает друг другу.

На них интересно смотреть: одинакового роста, бородатые, только один с обритой головой, а второй с длинными волосами и пейсами (это он мне сказал их название). Петя, кстати, после того случая с дракой за воспоминания перестал называть Умара душманом и стал относиться к нему уважительнее. Теперь он его называет Партизаном. Имеет ли это отношение к партиям, которые мы играем с Маньяком - не уверен.

^ День одиннадцатый. После завтрака.

1   2   3   4   5

Похожие:

Дневник на салфетках iconЭлектронный дневник ученика; электронный журнал учителя; расписание учителя
Настоящий документ является руководством по запуску проекта «Дневник ру» в образовательном учреждении (далее оу)

Дневник на салфетках iconЭлектронный дневник ученика; электронный журнал учителя; расписание учителя
Настоящий документ является руководством по запуску проекта «Дневник ру» в образовательном учреждении (далее оу)

Дневник на салфетках icon10 уроков на салфетках
Азбука успеха. Как построить крупную и успешную многоуровневую организацию (млм)

Дневник на салфетках iconИндивидуальный план и дневник практики с анализом занятий психолога...
Карта психологического обследования ребенка (оформляется в отдельной папке и дополняется протоколом по каждой методике)

Дневник на салфетках iconРуководство оператора программы «смс дневник для родителей»
Программа “смс–дневник для родителей” предназначена выполнять функции скоростной передачи данных об успеваемости, посещаемости, любой...

Дневник на салфетках iconАлистер Кроули Дневник наркомана
Алистера  Кроули "Дневник  Наркомана",  мною также  овладело  желание  выполнить эту  задачу, сохранив всю прелесть подобных переводов...

Дневник на салфетках iconДневник

Дневник на салфетках iconУрок в 1-4 классах на тему: «Блокада Ленинграда. Дневник Тани Савичевой»
Библиотечный урок в 1-4 классах на тему: «Блокада Ленинграда. Дневник Тани Савичевой»

Дневник на салфетках iconДневник прохождения практики
Ознакомление с ассортиментом отдела, с ценами на товар, с поставщиками и с условиями работы с ними

Дневник на салфетках iconУфимский государственный нефтяной технический университет дневник
Общая характеристика объекта исследования. Организационная структура управления предприятия

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница