Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно




НазваниеВыбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно
страница3/12
Дата публикации16.05.2013
Размер2.14 Mb.
ТипРеферат
vbibl.ru > Право > Реферат
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

^ ТРЕТЬЯ ЛЕКЦИЯ

Дорнах, 9 августа 1922 г.

Вопрос: Один из слушателей привез из отпуска камни. Спрашивают о том, есть ли в камнях жизнь или была ли в них жизнь когда-то, и каким образом они возникали.

Доктор Штайнер: Относительно этих камней я, может быть, сделаю сообщение в другой раз, хотя, возможно, что я присоединю его к нашей сегодняш­ней теме.

Господа, я хочу сказать следующее: мы видели, что в нас, людях, в сущности, имеет место своего ро­да отмирание жизни. Мы видели, что в нашей крови находятся циркулирующие в своем движении живот­ные — белые кровяные тельца, — которые проникают сквозь кровеносные сосуды вплоть до нашей кожи. Я говорил вам: этим крохотным животным особенное, подобное гурманству, удовольствие доставляет прони­кать к поверхности кожи, в то время как в ином случае они находятся только внутри человеческого тела. Это придает их жизни, так сказать, остроту, подобную пряной приправе. Это живые клетки, и они ползают повсюду. Я говорил, что противоположность им состав­ляют клетки нервной системы, а именно те, которые находятся всюду, эти клетки, в сущности, постоянно отмирают, постоянно переходят в мертвое состояние. Эти клетки в мозгу таковы, что они только слегка на­чинают оживать, когда вы спите. Тогда они начинают слегка оживать. Они при этом не могут сдвинуться со своего места, поскольку они очень стеснены другими клетками: они не в состоянии стать такими же подвижными, как белые кровяные тельца, но, тем не менее, ночью, когда вы спите, они немного оживают. При этом происходит также и то, что когда эти клетки получают от тела немного больше жизненных и волевых сил, бе­лые кровяные тельца должны становиться спокойнее. А вследствие последнего, как я уже сообщал вам, все тело в целом получает способность мыслить.

Давайте теперь поставим такой вопрос: «Откуда же, собственно, приходят эти мысли?» Не правда ли, люди, которые хотели бы мыслить исключительно с точки зрения материализма, говорят так: «Несомнен­но, мысли возникают в мозгу или в нервной системе человека. Тут и вырастают мысли, подобно кочанам капусты в поле». Если бы люди могли как следует доду­мать до конца, что значит «как кочаны капусты в поле»! Никаких кочанов капусты в поле расти не будет, если их туда сначала не посадят. Следовательно, нечто долж­но быть сперва выращено. Конечно, каждый волен рассматривать человеческий мозг как своего рода паш­ню для мыслей. Но подумайте-ка вот о чем: если есть прекрасные грядки с кочанами капусты, и тот, кто по­стоянно растил их, куда-нибудь отлучится и не найдет­ся никого, чтобы его заменить на огороде, то и в этом случае на грядках никакой капусты не вырастет.

Следовательно, надо сказать так: если кто-то и впрямь полагает, что мысли производятся из мозга, то следовало бы сперва спросить: откуда они приходят? Растут как капуста на грядке! Этот вопрос надо сна­чала правильно сформулировать. И тогда мы можем сказать следующее: то, что мы тут видим, фактически возникает вовне, во внешней природе. И я бы хотел объяснить вам, что же возникает там во сне, в при­роде. Я говорил вам: внутри человека мы откроем и поймем все, если постигнем все, что окружает челове­ка как среда. Когда мы рассматриваем растения и так Далее, мы тем самым понимаем кое-что, находящееся в человеке. Вот перед нами камень. Давайте методически рассмотрим его как породу. Вы видите — тут, внизу, сзади и сверху порода очень мягкая. Мы можем ее колупнуть ножом. Наружный же, облекающий слой просто похож на уплотненную землю. Значит так: я хо­чу сейчас зарисовать только нижний слой — внизу находится эта мягкая порода, а здесь, как будто бы вы­растая из нее, располагаются на этой мягкой



Рисунок 4

породе кристаллы, кристаллы, которые как будто бы пророс­ли. Я должен нарисовать многое, не так ли, но этого теперь достаточно. Итак, тут находятся вот такие маленькие кристаллы; они располагаются тут внизу, как если бы они прорастали тут, однако они прямо-таки страшно твердые. Вы не сможете выколупать их ножом, нож их не возьмет, в лучшем случае, взявшись за один из них, вы сможете извлечь его целиком, раско­лупать же вам его не удастся. Это, следовательно, очень твердые кристаллы, те, что располагаются здесь.

Спросите себя: откуда же в более мягком земном царстве, которое лишь немного спеклось до стадии конгломерата, появляются эти кристаллы? Тело этих кристаллов прекрасно сформировано; здесь мы име­ем продолговатую форму, увенчанную сверху малень­кой пирамидальной вершиной. Внизу тоже могла бы быть пирамидальная вершина, если бы кристалл не внедрялся в землю. Если бы здесь порода была мяг­кой, то это было бы у каждого кристалла, но, будучи включенной в земную основу, она разрушается.

Откуда же происходят мелкие кристаллы? Извест­но, что когда растение растет, то снаружи, вокруг рас­тения, находится углекислый газ, углекислота. В ином случае растение расти не сможет. К растению должно иметь доступ то вещество, которое мы выдыхаем. И затем, если углекислый газ подступает к растению, растение всасывает этот углекислый газ, удерживает углерод, содержащийся в углекислом газе, а кислород снова выделяет. Такова разница между растением и человеком. Люди вдыхают кислород и выдыхают угле­кислый газ, кислород мы удерживаем, тогда как уг­лекислый газ отдаем. Растения связаны с Землей. Когда растение умирает, то углерод возвращается в почву, а затем превращается в черный каменный уголь, кото­рый мы спустя сотни лет добываем из Земли.

Но есть и другие вещества. Есть вещество, кото­рое в некотором отношении очень похоже на уголь и все же отличается от него. Это кремнезем, кремний. Допустим, что вы имеете почву, богатую кремнием, в ней содержится много кремнеземов. Поскольку ки­слород действует повсюду, он действует и здесь. Тут, надо всем этим, сейчас находится кислород. Этот кисло­род сначала не реагирует с кремнием. Но со временем в ходе земного развития внезапно обнаруживается, что кислород соединился с кремнием. И подобно то­му, что возникало в случае углекислого газа (рост растений — пр. пер.), когда мы его выдыхали, при правильном соприкосновении находящегося в Земле кремния с кислородом возникает кварц, кремниевая кислота; возникают именно такие кристаллы. Необ­ходимо только, чтобы кремний, кремнезем из Земли связался с кислородом, и тогда возникают такие кри­сталлы, которые находятся тут.

Но сам по себе кислород не способен соединиться с кремнием. Вы можете иметь много кремнезема, крем­ния, а над ним будет кислород, но, тем не менее, ничего образовываться не будет. Так почему же образуются эти прекрасные формы? Они образуются только и именно потому, что из космоса на Землю со всех сторон прихо­дят силы, и эти силы содействуют соединению кремне­зема, кремния, с кислородом. Благодаря этому возника­ет такие кристаллы. Так что эти кристаллы возникают из-за того, что другие небесные тела со всех сторон оказывают влияние на Землю. Следовательно, мы мо­жем сказать: эти кристаллы в сущности создает мир. Вы, однако, могли бы сказать следующее: что это ты рассказываешь нам? Образец, который дал нам Эрбсмель, доказывает прямо противоположное! Образец породы действительно такой: тут внизу рыхлая земля (см. рисунок 5), тут, сверху, снова рыхлая земля. Тут все вокруг заполнено рыхлой землей и эти кристалличе­ские образования здесь располагаются не только так,



Рисунок 5

что они вырастают снизу вверх, как я только что опи­сывал (изображается на рисунке), но и вот так: они растут сверху. Вы могли бы сказать, что им следовало бы расти только снизу. Но вот тут находятся те, кото­рые растут сверху навстречу первым. Сейчас вы могли бы сказать: «Но это же нельзя объяснить космическим влиянием, ведь если объясняют, что силы идут только снизу вверх, то необходимо допустить, что эти самые силы исходят из внутренней части Земли и затем на­правляются в космос».

Вы видите, что здесь есть очевидное противоре­чие. За этим что-то должно быть. И я хочу сказать вам, что же за этим стоит.

Такие горные породы не возникают на равнинных участках Земли, они возникают в горах. Если же они возникают на равнинных землях, то и здесь, как и в го­рах, слои земли перемещаются, лежат и вверху, и внизу. Допустим, что образец был извлечен из горы. Пред­ставьте себе, мы имели бы вот такую гору, я хочу здесь изобразить склон этой горы. Когда вы поднимаетесь туда (см. рисунок 6) идете вверх, то вы должны миновать и вот этот уступ на дороге, где земля или скала не­много нависает; вам повсюду будут встречаться уступы нависающей земли, если вы поднимаетесь в горы.



Рисунок 6

Представьте теперь, что в очень, очень далекие вре­мена, то, что я здесь обозначил коричневым цветом, переместилось сюда, отложилось тут, и вот это отло­жилось здесь (см. рисунок). Согласно моему объяс­нению вследствие действия космических сил здесь образовались кристаллы — как я это только что объ­яснял — и здесь тоже такие кристаллы. Так что под воздействием сил космоса вырастали и те кристаллы, которые внизу, и те, которые тут, наверху.

Затем, позднее, произошло так, что те, которые находились наверху, обрушились вниз и прикрыли кристаллы, находившиеся внизу. Итак, вы видите: если верхний слой обрушивается вниз, то он падает так, что основа оказывается сверху, а кристаллы, кото­рые первоначально росли вверх, оказываются внизу (см. рисунок). Обрушиваясь, они падают сверху и за­стревают, упав на те, что находились внизу; вот так они накладываются друг на друга. Те, что обрушились, наваливаются сверху, таким образом, находившиеся наверху уступа, оказываются внизу.

В горах это происходит постоянно. Тот, кто изу­чает это, найдет, что в горах постоянно происходят такие осыпи грунта, при которых верхний слой нава­ливается на нижний. При изучении горного дела это вызывает интерес.

Если идешь по равнине, то ощущаешь: только в последние тысячелетия дело обстояло так, что один слой накладывался на другой. Об Альпах этого ска­зать нельзя. Хотя Альпы в течение долгого времени тоже возникали подобным образом, но затем более вы­сокие части обрушивались на более низкие, так что Альпы представляют собой перемешанные друг с дру­гом земные пласты.

Вот почему так трудно изучать Альпы; тут повсю­ду приходится догадываться, какую предысторию име­ет то, что располагается наверху. Часто положение не соответствует тому, что было при возникновении; до­пустим, один пласт находился внизу, а другой пласт находился вверху, но затем в результате толчка то, что было вверху, обрушилось вниз и накрыло то, что бы­ло внизу. Так в горах тысячелетие за тысячелетием возникало это взаимопроникновение пластов, как его называют, так осуществлялись эти вещи. Объяснить их можно только тем, что в горах происходили пере­броски грунта. Итак, можно сказать: нижний слой возникает на самом склоне (см. рисунок); верхний тоже возникает на том же склоне; здесь сзади возник уступ породы, возвышение, так что эта часть упала сюда и отложилась здесь. Так что такое явление, когда свер­ху и снизу кристаллы противостоят друг другу, мож­но объяснить только, когда знают о перемещениях и перебросках грунтов, происходивших на Земле в течение тысячелетий.

Следовательно, во всем царстве безжизненного все­гда есть силы, которые действуют из космоса, и дейст­вуют на нас так, что мы должны что-то делать в себе, чтобы эти силы нам не мешали.

Ибо, видите ли, господа, кремний, который так распространен на Земле, содержится также и в нас. Его совсем не так много, но мы несем в себе вещест­во, из которого могли бы возникнуть ужасно твердые камни. Но если бы в нас стали возникать такие твер­дые породы, какие принес нам господин Эрбсмель, то нам бы пришлось плохо! Если, например, ребенок, в котором тоже уже содержится кремний, не мог бы ничем помочь себе, когда в нем стали бы откладывать­ся маленькие кристаллы — а они могут быть совсем крошечными, — то это была бы весьма плохая штука! Иногда это происходит как проявление болезни.

Как вы знаете, сахар тоже может образовывать кристаллы. Посмотрите на крупнокристаллический сахар: он тоже состоит из кристаллов, расположенных вперемежку друг с другом. Мы имеем в себе очень много сахара. Однако люди на Земле употребляют в пищу не одинаковое его количество. Количество употребляемого сахара различно. В России, напри­мер, люди едят очень мало сахара, в Англии — очень много сахара, разумеется, в среднем. Но в зависимо­сти от этого люди отличаются друг от друга. Русский характер отличается от английского характера. Рус­ские — это совсем иные люди, нежели англичане. И это во многом происходит оттого, что русские полу­чают вместе с пищевыми продуктами мало сахара. Англичане едят такие вещи, которые содержат очень много сахара, они употребляют пищевые продукты с высоким содержанием сахара.

Это связано с тем, что, как я говорил вам, космиче­ские силы оказывают свое воздействие на все. Человек имеет в себе много сахара. Сахар стремится кристал­лизоваться. Что мы можем сделать для того, чтобы он не кристаллизовался, не превращался в кристаллы?

Видите ли, я рассказывал вам, что в нас содержит­ся много воды, живой воды; она растворяет сахар. Вот была бы история, если бы вода перестала растворять сахар! Стали бы образовываться маленькие кристал­лы, такие же, как в крупнокристаллическом сахаре, и эти маленькие остроугольные кристаллы мы бы име­ли в себе, если бы сахар не растворялся постоянно. Нам, людям, необходим сахар в качестве нашей пищи, но использовать его мы можем только в том случае, ес­ли мы постоянно растворяем его. Он нам нужен. По­чему же мы должны его иметь? Потому что мы долж­ны совершать деятельность по его растворению! Мы живем не только благодаря этому, но это является одной из наших жизненных функций — то, что мы растворяем сахар! А следовательно он должен посту­пать в наш организм; мы должны вводить его в себя.

Если же у нас недостает сил, чтобы растворять этот сахар, тогда образуются эти совсем маленькие кристаллики, и они выводятся с мочой. Тогда возни­кает сахарная болезнь, диабет. И объяснение, почему люди заболевают сахарной болезнью, состоит в том, что у них слишком мало сил, чтобы растворять сахар, который они съедают. Они должны получать сахар, но если у них слишком мало сил, чтобы растворить его, возникает сахарная болезнь. Сахару нельзя по­зволять заходить так далеко, чтобы он переходил в форму маленьких кристалликов, он именно должен быть растворен. Человек должен иметь силу, чтобы растворять сахар. В этом состоит его жизнь.

Если задуматься над этим, можно также понять и то, что мы нуждаемся не только в силе, позволяющей растворять сахар, мы нуждаемся и в той силе, которая позволяла бы нам постоянно растворять маленькие кристаллы — кристаллы кварца, которые постоян­но стремятся образоваться в нас: их гораздо меньше, но они, эти кристаллы кварца, постоянно стремятся образоваться в нас. Однако им нельзя позволять обра­зовываться в нас. Если бы они стали образовываться уже в детстве, у ребенка, то ребенок стал бы жаловать­ся: это ужас, меня везде колет! Меня колет повсюду!

Что же происходит, если ребенок испытывает по­всюду покалывания? Видите ли, это могло бы произой­ти в том случае, если бы перестали растворяться ма­ленькие кремниевые кристаллы, которые возникают в нервах. Происходит их отложение. Вы не должны представлять себе, что это происходит в большом масштабе. Они совсем маленькие, эти кристаллы, их даже с помощью микроскопа не сразу можно обнару­жить; их размер составляет меньше десятитысячной доли миллиметра. Если в нервной системе скапливает­ся много таких совсем крошечных кристаллов, человек начинает ощущать повсюду маленькие покалывания, уколы, которые он не может объяснить. Его всюду по­калывает. Кроме того, начинаются небольшие воспа­лительные процессы вследствие того, что происходит. Возникают совсем незначительные воспаления. Тогда у человека ревматизм или подагра. Подагра есть не что иное, как отложение таких мельчайших кристаллов. Из-за этого возникают боли, которые испытывает че­ловек. И то, что у человека при подагре возникают подагрические узлы, происходит в результате воспа­лительных процессов. Если вы укололись иглой, воз­никнет воспаление. Эти маленькие острия стремятся вылезти наружу, они стремятся к поверхности. Тогда возникают небольшие воспалительные процессы, и в результате этих воспалительных процессов образуют­ся подагрические узлы.

Это процессы, действующие исключительно внут­ри человека. Но отсюда вы видите, что мы, в сущности, всегда должны иметь в себе силы, которые противо­действуют, например, подагре: в ином случае мы бы постоянно страдали от нее. Но нам нельзя этого до­пускать. Следовательно, постоянно на заднем плане Должно существовать нечто такое, с помощью чего мы Могли бы этому противодействовать.

Что это значит? Видите ли, это значит вот что: тут, Приходя из космоса, действуют силы. Они стремятся образовать в нас не крупные, но микроскопически ма­лые кристаллики. Если эти силы приходят сюда и обра­зуют здесь эти кристаллы, то они, эти силы, действуют также и в нас в целом, так что мы, будучи постоянно пронизаны этими силами, должны в нашем внутрен­нем организме развить ответные силы, которые бы постоянно сводили на нет вышеуказанное влияние. Мы постоянно должны работать, противодействуя этим силам. Мы должны, следовательно, иметь в себе силы, которые нейтрализуют вышеуказанные, проти­водействуя им. В нас тоже входят силы космоса; но им мы должны противодействовать и особенно сильно противодействовать в нервах. В нервах постоянно об­разовывались бы одни минеральные субстанции, если бы мы не стали противодействовать их образованию. Минеральные субстанции должны возникать, ибо, видите ли, иначе дети будут оставаться слабоумными и рано умирать. При посмертном вскрытии таких ум­ственно отсталых детей часто обнаруживается, что в них слишком мало того, что называют мозговым пес­ком. Каждый должен иметь в себе немного мозгового песка. Он должен возникать, этот мозговой песок, и он должен все снова и снова растворяться.

Но его откладывается чересчур много, если у нас слишком мало сил, чтобы растворять его. Но, госпо­да, деятельность, которую вы постоянно совершаете в мозгу, состоит в том, что вы постоянно откладывае­те в мозгу этот песок, когда в вашу кровь поступают питательные вещества. Этот мозговой песок, находящийся внутри (изображается на доске), точно так же конце подвергается воздействию космических сил, как и тот, что находится вовне, в природе. Таким образом, на­ходясь внутри, он постоянно стремится образовать крошечные кристаллы (кристаллы могут вырастать на крупинках мозгового песка подобно тому, как они нарастают в горах на кремнеземах). Но нельзя допус­тить такого образования. Если же мы не имеем в себе мозгового песка, мы становимся слабоумными. Если бы образовывались кристаллы, то мы постоянно впа­дали бы в обморочные состояния, мы получили бы сво­его рода мозговой ревматизм, мозговую подагру. Во всем остальном теле это причиняет нам боль, но если мозг содержит в себе эти кристаллы, то человек не может ничего делать и падает в обморок. Итак, мозго­вой песок необходим, но необходимо постоянно рас­творять его. Это непрерывный процесс, состоящий в том, что мозговой песок откладывается и растворяет­ся, откладывается и растворяется.

Если отложилось слишком много песка, то он мо­жет повредить стенки мозговых сосудов. Тогда проис­ходит кровоизлияние. Тогда возникает удар, не только обморок, но удар, кровоизлияние в мозг, геморраги­ческий инсульт.

Именно изучая болезненные процессы, видят, что, в сущности, представляет собой человек.

Ибо при заболевании в нас происходит то же самое, что и в здоровом человеке, но происходит оно чересчур сильно, интенсивно. Болезнь есть не что иное, как то, что мы нечто образуем в себе слишком уж сильно.

То же самое происходит и в жизни, господа. Вы видели, что если взять маленького ребенка, коснуться рукой его щеки нежно и слабо, то это будет ласка, вы лас­каете его. Если же это касание рукой совершено слиш­ком сильно, то это уже совсем не ласка, это пощечина.

Видите ли, вообще во всем мире это так. Те вещи, которые в одной ситуации могут восприниматься как ласка, в другой могут оказаться пощечиной. Так же обстоит дело в жизни и с тем, что должно находиться в мозгу. Так эта нежная работа мозгового песка мо­жет превратиться в пощечину, нанесенную по всей жизни, если эта работа стала чересчур интенсивной, когда, следовательно, в нас слишком ослабли силы, без которых мы не можем растворять находящиеся в нас минеральные субстанции. Тогда, следовательно, мы будем постоянно находиться в обессиленном, об­морочном состоянии, а если отложение слишком уж сильно, если эти кристаллики постоянно травмируют наши сосуды, мы получаем геморрагический инсульт, кровоизлияние в мозг. Следовательно, эти кристал­лики в нас должны постоянно растворяться. Все эти процессы, о которых я рассказываю вам, постоянно протекают в нас.

Сейчас я хочу сказать вам кое-что еще: мы хотим внести полную ясность в эти вещи. Допустим, что здесь находится человек — я изображаю его довольно схе­матично, — здесь находится его мозг, здесь его глаза, а здесь я хочу изобразить то, на что он смотрит; итак, скажем, здесь перед глазами находится растение.



Рисунок 7

Теперь вы направляете внимание на это растение. Видите ли, если обратить внимание на растение, это, конечно, можно сделать только в дневное время, ко­гда растение освещено солнечными лучами, отчего оно выглядит ярким, тем самым получишь световое воз­действие на глаз. Но благодаря зрительному нерву, который идет от глаза назад, световое воздействие проникает в мозг. Итак, когда смотришь на растение, то через глаз направляешь себя на это растение, а от растения исходит световое воздействие, которое впо­следствии проникает через глаз в мозг.

Господа, если таким образом разглядываешь рас­тение, например цветок, то обращаешь внимание на этот цветок. Но это означает очень многое: то, что на цветок обращено внимание. Когда обращают внима­ние на цветок, тогда, в сущности, забывают также и себя самого. Вы ведь знаете, что можно, обратив на что-либо внимание, совсем забыть себя самого. В тот момент, когда человек хотя бы немного позабудет себя, чтобы поглядеть на цветок, в мозгу тут же возникает сила, содействующая выделению, отложению неболь­шого количества мозгового песка. Следовательно, смот­реть на что-то означает выделять, осаждать мозговой песок изнутри вовне.

Это выделение мы должны представлять как спе­цифически человеческий процесс. Вы уже заметили, что человек потеет не только, когда он очень напряга­ется, но и когда перед ним находится что-то страшное, ужасное; таким образом, человек выделяет не только мозговой песок, он выделяет другие соли вместе с водой через свою кожу. Это выделение. Но смотреть означа­ет постоянно выделять мозговой песок. И здесь нам на­до растворить этот мозговой песок. Так как если бы мы снова и снова не растворяли его, у нас в мозгу возник бы из мозгового песка очень маленький, крохотный цветок! Смотреть на цветок означает, в сущности, что в нас из мозгового песка образуется совсем маленький, крошечный цветок, который только перевернут вер­хом вниз, так как картинка в глазу тоже перевернута.

Дело обстоит так: если мы смотрим на стул — ведь не только цветы приходится нам разглядывать, — благодаря тому, что мы смотрим, внутри образуется немножко мозгового песка; и если мы сейчас преда­емся лишь этому созерцанию, смотрению, то внутри нас возникнет совсем маленький, микроскопических размеров образ этого стула, состоящий из кремниевого песка. А если бы я тут, в этом помещении, стал бы как человек развивать некоторую силу при смотрении, то во мне как картинка из крошечных кусочков кремния сложился бы вид этого помещения, хотя и переверну­тый, с полом наверху. Поистине колоссально то, что мы постоянно создаем в себе. Только мы, люди, так устроены, что не позволяем этому реально возник­нуть. Мы снова растворяем все это, причем делаем это помимо нашего сознания. В этом отношении мы как люди устроены совершенно специфически. Мы обра­щаем свой взгляд на мир. Этот мир постоянно стре­мится создать в нас такие же образования, которые в нем есть, только в перевернутом виде. И если бы мы даже не присутствовали при этом, если бы мы даже не смотрели, в нас все равно постоянно складывались бы такие образы, как результат космического воздейст­вия, особенно ночью, когда мы спим, когда мы не раз­виваем встречных сил, чтобы это растворить. Такие образования строятся преимущественно во время, ко­гда Земля не освещена Солнцем, не озарена светом; они образовываются под действием сил, приходящих из гораздо более отдаленных областей. Мы всегда подвержены этим силам. Так что мы можем сказать: когда мы спим, то в нас под воздействием космоса постоянно стремятся возникнуть всевозможные ми­неральные, лишенные жизни образования; когда мы смотрим, в нас точно так же хотят возникнуть обра­зования, подобные нашему ближайшему окружению. Когда мы спим, мы имитируем космос, мы подражаем ему. В космосе все упорядочено по принципу кристал­лов. То, что мы видим здесь, в кристаллах, является таковым потому, что силы в космосе организованы в та­ком же порядке как и в кристаллах. Одни из них идут так, другие — этак, так что кристаллы образованы из всего космоса. Но то же самое хочет произойти и в нас самих. И когда мы воспринимаем, когда мы смотрим на наше непосредственное окружение, тогда то, что находится в нашем непосредственном окружении, хо­чет сформировать, запечатлеть себя в нас. Мы должны постоянно препятствовать тому, чтобы все это в нас отвердело, мы должны постоянно растворять все это.

Вот какой своеобразный процесс происходит, гос­пода. Представьте себе, что здесь внутри этот цветок стремится воссоздать свое безжизненное подобие из кремния. Но нельзя позволить ему возникнуть, в ином случае мы ничего не узнали бы об этом цветке, но в голове у нас возникла бы подагра. Все это, следова­тельно, непременно должно быть растворено.

Я хочу сделать этот процесс еще более наглядным для вас, сказав следующее: допустим, что здесь у вас есть горшок с теплой водой, кто-то завязывает вам глаза, а после этого он приносит какой-то предмет, который может раствориться в этой теплой воде. Вы только должны окунуть свою руку в эту теплую воду. Предмета вы не видите, так как глаза у вас завязаны. Но вот другой спрашивает вас: ты окунул свою руку в воду, чувствуешь ли ты там что-нибудь? — Да, это те­плая вода. — Чувствуешь ли ты теперь что-нибудь? — Да, теперь вокруг пальцев стало холодно.

Что же могло произойти? Тот, другой, опустил предмет в воду, и он растворился! И это растворение, происходящее вокруг пальцев, вызвало то, что эта теплая вода стала холоднее. Человек ощутил это рас­творение вокруг его пальцев, и он может сказать: тут что-то растворяется.

Это, однако, постоянно происходит, когда мы об­разовываем внутри себя какой-то предмет и должны затем снова растворять его. Мы чувствуем, что проис­ходит растворение и затем говорим, поскольку мы по­чувствовали растворение: да, тут снаружи находится предмет, который, тем не менее, строит в нас образ, и этот образ мы растворили. Поскольку мы раство­рили его, мы знаем, как выглядит предмет. У нас возникает соответствующая предмету мысль вследствие того, что мы сперва должны были растворить образ предмета. Благодаря этому приходит мысль. Если бы мы имели только этот образ, мы падали бы в обмо­рок. Когда же мы настолько сильны, что растворяем этот образ, то мы тем самым узнаем о нем. В этом со­стоит разница между падением в обморок при виде чего-либо и знанием об этом.

Рассмотрите любого, скажем, немного болезнен­ного человека; может произойти так, что раздается страшный удар грома. Тогда в нем от этого удара гро­ма, теперь уже не при посредстве глаза, но благодоря уху, происходит выпадение, отложение мозгового пес­ка, и строится некий образ. Он не может достаточно быстро растворить его. Он может при этом впасть в обморочное состояние, потерять сознание. Если же он здоров, он не теряет сознание; это означает, что он достаточно быстро растворил свой мозговой песок.

Итак, обморочное состояние означает, что мозговой песок не растворяется достаточно быстро. Отсутствие же обморочного состояния означает противоположное. Мы всегда должны, глядя на вещи вокруг нас, доста­точно быстро растворять мозговой песок.

Тем самым мы подходим к тому, какое положение занимает человек по отношению к силам всего космоса. В последний раз я сказал вам: так как человек зани­мает по отношению к силам космоса такое положение, что его мозговые клетки, являясь совершенно нежиз­неспособными, постоянно хотят умереть, он должен владеть и управлять ими. Сейчас мы даже найдем ту силу, которая постоянно растворяет мозговые клетки. Мозговой песок постоянно умерщвляет клетки. То, что тут замешивается мозговой песок, постоянно делает клетки мертвыми. И мы должны развивать противодействующую встречную активность. Видите ли, причина, по которой мы вообще являемся людь­ми, состоит в том, что мы можем развивать эту встречную работу, некоторым образом противодействуя обра­зованию мозгового песка.

У животных этого не происходит. Животное не может так интенсивно, как люди, противодейство­вать мозговому песку. Поэтому у животного нет такой головы, как у нас, или по крайней мере у высших жи­вотных. Мы имеем голову, которая может растворять все, что постоянно входит в нас. Это растворение то­го, что входит, вызывает у человека способность ощу­щать таким образом, что он говорит: «Я» . Происходит сильнейшее растворение мозгового песка, когда мы говорим: «Я». При этом мы пронизываем нашу речь сознанием. Следовательно, мозговой песок растворя­ется, растворяется вообще весь содержащийся в нер­вах песок. У животного всего этого не происходит. Поэтому животное издает крики или нечто подобное, а не настоящую речь. Поэтому никакие животные не имеют возможности ощутить самих себя, сказать се­бе «Я», как человек, поскольку человек в гораздо боль­шей мере растворяет мозговой песок.

Так мы можем сказать: мы противодействуем в нас не только тому, что находится на Земле, мы противо­действуем также и космическим силам. Космические силы способствуют внутренней кристаллизации. Мы бы внутренне превратились в горную породу со слоя­ми перемешанных друг с другом кристаллов. Мы внутренне противодействуем этому. Мы постоянно растворяем это. Своими растворяющими силами мы постоянно противодействуем силам космоса.

Мы растворяем не только кремниевую кислоту, ведь именно она образует здесь эти кристаллы — мы растворяем все, что возможно; мы растворяем состав­ные части сахара и так далее.

Мы могли бы и дальше продолжать эту тему. До­пустим, что какой-то человек хотя и ничего об этом не знает — ведь такие вещи играют для человека роль ин­стинкта — но все же ощущает в себе нечто неопределенное. Представьте, что человек ощущает: ах, я думаю не­правильно, я не могу правильно сочетать мои мысли.

В таком положении особенно легко может оказать­ся журналист, который каждый день пишет по статье. Да, господа, писать каждый день по статье это значит растворять страшно много мозгового песка! Ведь это препротивная история, каждый день писать статью, ибо это означает растворять страшно много мозгово­го песка. И вот тогда, желая написать статью, по край­ней мере, раньше было так — начинаешь грызть ко­нец ручки. Это особенно относится к журналистам, это они грызут конец ручки, чтобы набраться сил. Не правда ли, когда человек что-то кусает, грызет, он тем самым стягивает в свою голову последние силы всего тела, чтобы эти силы оказались в голове, когда растворено много мозгового песка.

Все это происходит инстинктивно. Конечно, жур­налист не скажет: я грызу свою ручку, чтобы пришли мысли. Это может идти и дальше. Благодаря этому инстинкту он направляется в кафе и пьет черный ко­фе. Они, журналисты, совершенно не думают об этом, поскольку им ничего не известно об этом процессе. Но когда они напиваются черного кофе, то — черт возь­ми! — дело пошло, они снова могут писать, если напи­лись черного кофе.

Почему это происходит? Это происходит потому, что вместе с черным кофе принимается так называе­мый кофеин. Это ядовитое вещество, оно содержит очень много азота. Азот есть и в воздухе. Мы можем получить его и тут. При дыхании мы всегда получаем известное количество кислорода и азота. Однако тот, кому надо растворить мозговой песок, нуждается для растворения в силе, совершенно особым образом за­ключенной в азоте. Мы извлекаем из азота эту силу, чтобы растворить в себе мозговой песок.

Поэтому ночью, во время сна, мы более подверже­ны действию азота, нежели во время бодрствования; мы говорим так: поскольку мы вдыхаем больше ки­слорода, мы живем гораздо быстрее (т. е. жизненные процессы ускоряются — примеч. перев.); если бы мы вдыхали больше азота, то мы стали бы жить гораздо медленнее, мы стали бы больше находиться здесь. Мы могли бы больше растворять.

Журналист, пьющий кофе, совершенно бессозна­тельно считается с этим азотом, который он при на­званных обстоятельствах получает для себя, и бла­годаря именно этому азоту, получаемому в качестве одной из составляющих кофеина, он обретает возмож­ность образовывать больше мозгового песка, а также и способность больше растворять его. Теперь ему уже не нужно грызть ручку, он может писать ей, потому что его мысли снова сочетаются и правильным обра­зом примыкают друг к другу.

Итак, вы видите, как тут работает человеческое "Я". Поскольку в желудок поступила содержащая азот пища, кофеин, человеческое "Я" отправляет этот азот в мозг и благодаря последнему обстоятельству раство­рение мозгового песка облегчается; тем самым мы по­лучаем возможность сочетать мысли друг с другом.

У некоторых людей есть свойство сочетать мысли слишком сильно, так что они не могут освободиться от своих мыслей. Они имеют предрасположенность постоянно работать со своим мозговым песком. Им было бы хорошо возбудить и противодействующий процесс. В то время как одному погруженность в мыс­ли позволяет развивать их последовательный ход, другому приходиться звать на помощь кофе и кофеин. Однако тот, кто не хочет соблюдать строгую последо­вательность в мыслях, хочет, чтобы они были блестя­щими, сверкали подобно бриллиантам, кто, как гово­рится, хочет запудрить людям мозги, хочет казаться в высшей степени одухотворенным, тот пьет чай. При этом возникает противоположное воздействие. Это отрывает мысли друг от друга. Таким образом тоже поддерживается растворение мозгового песка, но оно иного вида.

Фактически все эти процессы, происходящие в человеке, в высшей степени интересны и сложны. Все продукты питания действуют по-разному; всему, что хочет возникнуть, мы всегда должны добавить и про­тивоположное. Мы должны поддерживать процесс растворения. То, благодаря чему мы постоянно внут­ренне растворяем себя как человека, это и есть сейчас наше высшее духовное начало.

Видите ли, если человек в течение некоторого вре­мени употребляет пищу, с которой он получает слиш­ком мало продуктов с высоким содержанием азота, то он легко становится сонливым; один господин задавал мне вопрос по этому поводу.

Это, следовательно, основывается на том, что в продуктах питания, употребляемых нами, мы полу­чаем слишком мало азота. Вот почему мы должны, если становимся слишком сонливыми, попытаться употреб­лять пищу, богатую азотом. Это, конечно, можно делать различным образом. Можно попытаться есть творог, белок, то есть яйцо. Тогда положение с азотом в нас снова улучшится. Надо работать над человеком, на­до, чтобы человек был в состоянии посредством сво­его "Я" работать в этом направлении.

Сегодня для начала я скажу вам: грядка может быть подготовлена, кочаны капусты могут расти на ней, но они все же не вырастут, если не будет человека, который ухаживает за этими кочанами. Но грядка, пашня, должна быть подготовлена правильно. Так и наш мозг должен содержать необходимые вещества, чтобы наше "Я" могло работать внутри него. Но это "Я" связано с наиболее отдаленными силами космоса, а эти силы хотят другого. Эти силы космоса постоян­но хотят сделать из нас совершенно твердые камни, и мы должны все снова и снова растворять себя. Если бы мы не могли растворять себя, мы не смогли бы мыслить, мы не смогли бы прийти к "Я"-сознанию. В этом растворении реализуется то, что мы называем "Я"-сознанием.

Видите ли, господа, на эти вопросы необходимо отвечать в самую первую очередь, если мы хотим про­двинуться в науке к истинному миропониманию, ес­ли мы хотим знать об отношении человека к миру. В высочайшей степени важным является для человека некоторое понимание того, что связано с осуществляе­мыми им процессами растворения. Мы видим, когда человек умирает, он полностью растворяется как физи­ческий человек. Если не знать, что в каждый момент бодрствования в нас происходит растворение, то нико­гда не понять, что же означает то растворение, кото­рому подвергается человек после смерти.

Следовательно, прежде всего необходимо знать, господа, что мы имеем возможность осуществлять в себе процесс растворения, причем благодаря тому, что можем оказывать в себе противодействие мировым силам. Растворение не теряет своей интенсивности, так как вместе с пищей мы снова и снова получаем вещества, посредством которых мы растворяем. Но если человек теряет возможность растворять те веще­ства, которые имеются в нем, то он начинает раство­рять самого себя. Тогда человек становится трупом; тогда он растворяет самого себя.

Когда мы соберемся снова, мы должны будем по­ставить вопрос: что происходит в случае, когда чело­век растворяет самого себя? Сегодня мы, по крайней мере, углубились в эту тему настолько, что знаем: про­исходит непрерывный процесс растворения, и если у нас нет сил — из-за недостатка азота в нас, — чтобы растворять те вещи, которые образуются в нас под воздействием космоса, наше "Я" становится бессло­весным, впадает в обморочное состояние или в со­стояние сонливости. Сонливость означает, что мы не можем растворять достаточным образом, что силы отложения берут верх. В этом случае эти силы стано­вятся интенсивнее.

Однако как невозможно вынести суждение о ду­ховном начале того, кто спит, хотя он телесно нахо­дится здесь и может проснуться, так же нельзя су­дить о духовном начале на основе того, что внешним образом происходит с телом. Ибо как с машиной не может произойти ничего без участия человека, так и с человеком ничего не происходит без участия духа. Именно это научно, господа, а иное — ненаучно. Я не хочу навязывать вам что-либо; овладеть этим ма­териалом сможет только тот, кто с полной серьезно­стью и с действительно научной точки зрения будет рассматривать эти вещи.

В начале сентября мы продолжим наши рассмот­рения. Вы увидите, как эти вещи приведут к дальней­шему пониманию человека, как различными околь­ными путями они приведут к пониманию того, что представляет собой человек в повседневной жизни. Вы будете понимать человека совсем иначе, когда мы продолжим этот разговор, исходя из того, что мы уже обсуждали на протяжении некоторого времени. Че­ловек все снова и снова возникает, он же и растворяет себя. Эту мысль можно продолжить дальше. Это мы хотим рассмотреть в ближайшее время. Тогда вы уви­дите, каким интересным объектом изучения для на­стоящего ученого является человек.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

Похожие:

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconИзбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения,...
Введение к выходу в свет публикаций из лекций Рудольфа Штайнера для работающих на строительстве Гётеанума с августа 1922 г по сентябрь...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconВиктория Исаева Где и как познакомиться с мужчиной вашей мечты? 49 простых правил
Говорят, что делать выбор – это тяжелое и ответственное занятие. Я не согласна. По-моему, выбирать легко и приятно. Особенно, когда...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconОтчет по исследованию еженедельный
Люди в России не умеют выбирать или просто не хотят этого делать! Или просто им не из чего выбирать. Надо продолжать проводить исследование,...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconТретий приём задавать вопросы. Вопросы позволяют обратить внимание на область непонимания
При обучении иностранному языку учебная работа учащихся в парах использовалась всегда

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconЦеновая ситуация с 24 по 30 ноября 2009 г. Динамика цен на товары
Им надо выбирать квоты на ввоз мяса птицы, чтобы сохранить их на 2010 г. В ближайшее время ожидается стагнация или незначительное...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно icon2 Умеем ли мы задавать вопросы? Классификация типов вопросов 121

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconHuman Resources «success»
Определение потребностей покупателя. Активное слушание и умение задавать вопросы

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconТимофей Гуртовой правда, об ускорении нейтральных атомов
На Большом Форуме, в теме физика с ником castro «Релятивистское соотношение между скоростью и энергией», автор темы обмолвился о...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconБиблейское основание
Искусство давать ответы на философские вопросы и возражения относительно Евангелия и Христианства называется апологетикой. Оно происходит...

Выбирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно iconУмение задавать вопросы, самостоятельно формулировать гипотезу
На партах у каждого ученика опорный конспект урока, текст романа «Мастер и Маргарита», отрывки из критических статей

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
vbibl.ru
Главная страница